Она передала мне инструкцию со своими идентификационными кодами, которую тут же написала на бумажке. Я попросил её высылать на мой почтовый ящик отчеты о происходящем на нашей базе раз в три дня. Если от неё письма в указанный срок не придет, то я пойму, что у них случилась беда и безотлагательно вернусь, где бы ни был.
– Ты можешь прислать слово «тест», и это тоже сойдет за сообщение. Даже пустое письмо будет знаком, что у вас всё в порядке.
К четырем часам дня вышли на позиции атаки. Милана вытащила из рюкзака свои цилиндры и диски и начала работу. Меня удивило, что для управления устройствами она использовала обычный имперский планшет, причем гражданского назначения. Отвлекать девушку расспросами не стал, а уединился с Огней и начал объяснять ей нашу задачу.
Пока группа Беркута и Лень с Мишей из квада Камчатки свяжут боем отряд врага на поверхности, мы с Огней зайдем к ним в тыл, и я укажу цель, которую нужно будет взять в плен. Постараюсь оглушить офицера электрошокером, и мы его по очереди потащим к нашим. Потом поможем уничтожить оставшихся противников.
Огня в своем бронекостюме выглядела толстенькой, даже несколько раз улыбнулся – она напоминала мне медвежонка, ну никак я не представлял её в роли штурмовика. Хотя, по правде говоря, штурмовиком была Хельги, её оригинальное тело мимика, а там рост метр семьдесят и спортивное телосложение. Но, так уж получилось, другого напарника у меня для вас нет.
Милана после нескольких попыток перехватила управление беспилотниками врага и сразу скинула контроль за ними на Камчатку. Ну а потом еще поколдовала с приборами и гордо заявила:
– У вас есть десять минут тишины в эфире.
Милана действительно подавила всю связь, даже наши рации не работали. Беспилотники Камчатки отправились бомбить по заранее заложенной программе, в автоматическом режиме.
Наша штурмовая группа быстро побежала к месторасположению отряда противника, проводившего работы на поверхности. Враг засел между развалинами трех зданий, разбирая «кучу малу» из железобетонных конструкций перекрытий и пытаясь добраться до подземных уровней.
Мы напали внезапно, сразу уничтожив двух дозорных. Беркут накрыл позицию врага из реактивного огнемета. Как и договаривались, основной отряд начал обстрел врага с безопасной позиции. А мы с Огней ломанулись бегом, чтобы зайти в тыл.
Можно сказать, что на этом мой замечательный план и закончился. «Селезень» отбомбился мимо. После подземных взрывов бомб, которые вошли в грунт на девять метров, из катакомб полезли бойцы врага. Мы с Огней оказались в окружении двух десятков автоматчиков. Нам крупно повезло, что у них патроны – обычные бронебойки, не представляющие опасности для энергоброни.
А потом еще выяснилось, что «Стрела» не выпустила ракеты по точке эвакуации. Я так понял, что враги сбили этот беспилотник Камчатки. Ну и еще «на огонек» приехали два БэТээРа, которые начали поливать из двадцатимиллиметровых скорострельных пушек нашу с девушкой позицию. Довеском в нас полетели вражеские гранаты от окруживших нас бойцов.
Моя броня ничего не пропускала и практически не проседала в целостности, а вот Огня мне показала жестами, что у неё осталось меньше половины. У нас теперь был единственный вариант действий – отступить на юг, а потом попробовать уничтожать врага, выманивая из укрытий по одному.
Пока мы «забрали» только пятерых. Я не хотел светить свои ударные дроны, кто знает, как враг ведет наблюдение. Может, спутник смотрит с небес и фиксирует все происходящие события. Мне не хотелось раскрывать британцам свои козыри, появилось стойкое ощущение, что в будущем предстоит с ними схлестнуться не на жизнь, а на смерть. Чем позже они узнают мои возможности, тем хуже подготовятся противодействовать.
Я не понимал, что делать дальше. Враги, не подставляясь, нас теснили, пушки броневиков не давали головы поднять. Я уже был почти готов выпустить боевых дронов, как один из «Комариков» пискнул, привлекая мое внимание.
Около бронетранспортеров врага появилась четверка бойцов в черных бронекостюмах имперских штурмовиков. Они за считанные секунды расстреляли пехоту и, вскрыв плазменными ножами люки, ворвались в боевые машины. Пушки заткнулись – очевидно, чёрные вырезали экипажи.
– Погнали! – махнул я Огне, и мы кинулись в бой со стрелками. Теперь наша броня решала! Мы хладнокровно расстреливали врагов, а те не могли пробить защиту.