Но Рен'днал любил мою мать. Принял меня, чужую дочь, как родную. Он покинул подземье навсегда, отринул веру в Ллос. Он презирал своих сородичей, их жестокость и интриги.
А что Зан? Типичный темный эльф, пойманный в ловушку и думающий только о том, как бы из неё выкрутиться.
Опасно.
Дроу – мерзкие твари, не принявшие Пламя!
Лишь немногие отступники могут быть не совсем настоящими дроу, как мой отец.
Но Зан, как истинный дроу, наверняка попытается вывернуться. Клятвы на крови не действуют вечно. А брачная клятва ограничивает не так сильно, как мне хотелось бы.
– Если ты не выспишься из-за кольчуги, это твои проблемы! Жалеть и благодарить не буду.
– Я делаю это не ради благодарности, госпожа. А ради тебя, – Зан ничем не выдавал своих истинных эмоций, только полное согласие со мной и капелька обожания.
Нужно поторопиться. Успеть в храм до того, как клятва на крови ослабнет. До того, как мерзкий дроу, пролезет в сердце своими обаятельными речами.
Нельзя дать ему шанс показать, что он хоть чем-то отличается от своих сородичей.
Зан не похож на моего отца. Это обман, иллюзия, игра воображения и одиночество. Но скоро со мной будет Черное Пламя! И тогда я точно не буду одинокой!
Глава 10. Провокация
Утро было промозглым и туманным. Солнце едва пробивалось сквозь густые кроны деревьев.
Костер все еще горел, будто Зан поддерживал его всю ночь. Он сидел закутавшись в плащ и смотрел на меня иначе, чем вчера.
– Доброе утро, госпожа, – едва слышно, будто извиняясь, произнес он, – тебя мучили плохие сны, но это только сны. Реальность…
– Страшнее любого кошмара, – оборвала его я, – мне не нужно твое сочувствие, дроу.
Наверно, мне снова снилась та ночь, когда убили мою семью. Я не запомнила, или не заметила. Она мне часто снилась, и я научилась быстро забывать.
Зан замолчал. Прочитать его эмоции у меня не получилось.
Я встала, чтобы размяться, и только тогда заметила, что под плащом у него блестит кольчуга.
– Я не разрешала ее надевать, – зло проворчала. Я понимала, что воин в кольчуге, лучше, чем воин без нее. Но воспринимать его как воина мне совершенно не хотелось. Пусть и моего воина.
Нет.
Слишком дурные ассоциации.
– Я лишь хотел продемонстрировать результат работы, – уголок его губ дрогнул, он встал так, чтобы я могла полюбоваться им в полный рост.
Зан был красив. Мужчина в расцвете сил. Умен, мастеровит, способен защитить…
Но…
Зан'тал оставался темным эльфом. В кольчуге. С мечом на поясе. Перчатки скрывали кисти, высокий ворот шею. Я не могла увидеть даже краешек клятвенных татуировок.
Всё внутри меня вопило об опасности.
– Сними! – я стиснула зубы, собираясь, если потребуется, приказать строже, на дроусском.
Долгие пять секунд Зан всматривался в мое лицо. Затем одним движением отстегнул пояс. Чтобы снять кольчугу, ему потребовалось чуть больше времени, но вот и она оказалась на земле.
Он шагнул вперед и опустился передо мной на колени. Вызывая непередаваемый коктейль ощущений в теле – дрожь, томление, тепло… Это мешало связно думать и вытесняло страх.
– Я никогда не причиню тебе вреда, госпожа.
– Мне это известно!
Я толкнула его в плечо, но он был к этому готов и не сдвинулся ни на сантиметр.
Ну и в бездну его!
Развернулась и ушла в кусты заниматься утренней рутиной.
Когда вернулась, меч снова висел на поясе дроу, а вот кольчуга лежала аккуратно сложенная в стороне.
– Если позволишь, я положу кольчугу в свой мешок, чтобы тебе нести груз поменьше, – предложил он, когда мы собирались двинуться дальше.
Именно предложил. Мягко, ненавязчиво, подкупающе. И я согласилась. Мысленно ругая себя за излишнюю мягкость.
Как бы мне не хотелось видеть в нем врага и убийцу, ко мне он относился слишком бережно и внимательно. Ненавидеть его просто так не получалось.
– Расскажи что-нибудь о себе, – попросила я следующим вечером, надеясь, что он станет бахвалиться какими-нибудь победами над глупыми наземными жителями, и мне станет легче.
– О себе? – Зан удивленно поднял бровь, – я тень, госпожа. Твоя тень. Я даже не знаю, какая у меня теперь фамилия, если ты позволишь мне взять твою… – он усмехнулся, не ожидая ответа на этот укол. – Я могу рассказать много историй, но они не из тех, что нравятся женщинам. Кровь, боль, запах гари. Много смертей. В том числе бессмысленных. Я никогда не принадлежал себе, госпожа. И я мало чем горжусь. Вот про кольчуги я бы мог многое рассказать, – он посмотрел на свои руки. Его пальцы будто держали невидимый инструмент и совершали характерные движения. – Но будет ли тебе интересно узнать про это ремесло? Тоже связанное с кровью и болью. Или ты хочешь узнать, что я безжалостный убийца маленьких детей? А ты мне поверишь, если я скажу, что нет?