Сейчас, лежа в избе Аристарха, Булай вспоминал один из многих эпизодов того времени.
Он вышел в холодную октябрьскую ночь, сел в «Фольксваген» и поехал куда глаза глядят. Вдоль дороги светили желтые немецкие латерны, чистый и холодный воздух освежал и отрезвлял, призывал к спокойному осмыслению происходящего. Но как же можно осмыслить это спокойно?
Вчерашний субботний вечер начался как обычно. Компания работников с женами собралась за столом для того, чтобы слегка повеселиться. Была выпивка, были песни под гитару, а потом решили пойти в ближайший гастштетт выпить пива. Вышли все вместе из дома, остановились на перекрестке, и пока советовались, куда лучше отправиться, Зоя незаметно исчезла. Спохватившись, Данила сообразил, что не хватает еще и Сорина. Потом, постояв под фонарем и так и не решив, куда пойти, компания начала постепенно разбредаться по домам. Пошел домой и Булай. Там крепким сном спал Юрка. Данила сначала смотрел телевизор, потом пытался читать книгу, и, в конце концов, просто уставился на дверь, ожидая возвращения жены. В третьем часу ночи замок начал неуверенно поворачиваться. В квартиру вошла Зоя, сильно пьяная и довольная. Увидев мужа, она присела рядом с ним на диване, обняла его и сказала: «А я у «Дяди Васи» была, там меня мужики на руках носили». Глаза ее были полны хмелем, улыбка искусственная, как у куклы. Зоя явно лгала, гастштетты так поздно не работают, но устраивать разборки было бесполезно.
Потом, лежа без сна, он вспоминал десять лет своей супружеской жизни и пытался понять, почему в ответ на всю его преданность и заботу в Зое не зажглось ответного огонька? Казалось бы, так должно было случиться. В молодой и благополучной семье, с маленьким ребенком, не отягощенной серьезными проблемами, просто должно поселиться счастье. А оно не селилось, будто супруги забыли сделать что-то очень важное. Но что? Какую цену еще заплатить за то, чтобы жена полюбила тебя, чтобы не растрачивала себя на недостойные шашни за твоей спиной? Что сделать для того, чтобы горел теплый семейный очаг? Как утолить эту боль от нелюбви и от подозрений в изменах? Данила путался в мыслях и не знал ответа на эти мучительные вопросы.
Ему приходило в голову, что можно найти успокоение с другими женщинами. Казалось, даже от одной мысли, что он уравняется с Зоей в окаянстве, наступало какое-то облегчение. Но потом он осознавал, что рожден семейным человеком и способен завести связь на стороне только от большой беды. Надо искать ответа в другом месте. В каком?
На следующее утро Данила проснулся до рассвета, спустился вниз и позвонил в квартиру Сорина. Тот открыл дверь, и Булай увидел, как у него забегали глаза.
– Ты чего… это, в такую рань?..
– Да так, посмотреть на тебя захотелось. Извини…
Булай понял, что у жены опять началась любовная история, и она не будет сдерживать себя в чувствах. Снова заболело сердце. Что делать? Превратиться в монстра, который привязывает жену к спинке кровати и не выпускает на улицу? Это невозможно. Бить ее? Но разве так обходятся с женщиной? Выяснять с ней отношения? Сколько раз это было, и она никогда ни в чем не признавалась. Грозить разводом? Разве это помогало раньше?
Данила чувствовал боль, унижение, раздавленность. Он не понимал мотивов поведения Зои. По всем меркам, у них была крепкая, почти счастливая семья, но Зое почему-то требовалось что-то еще. И это «что-то» всегда было мелким и скоротечным, – но разве от этого легче? Он никогда не имел в руках прямых доказательств ее измен, но, как и любой любящий мужчина, чувствовал их безошибочно. К тому же, будучи способным оперативным работником, Булай умел хорошо анализировать косвенные признаки поведения, а таких признаков в поведении Зои было достаточно.
Сейчас единственным светлым пятном в этом деле было лишь то, что командировка Сорина скоро заканчивалась, и Булай мог выдохнуть с облегчением. Надолго ли? В голове его постоянно жил вопрос – почему Зоя это делает? Он видел, что его жена в общем-то неплохой человек. Ее любят друзья и подруги, у нее авторитет на работе, там она чуткая, уравновешенная женщина. Такие не бывают потаскушками по рождению. В чем же дело? Почему с первого дня их знакомства в душе ее то и дело поднимается какой-то сор, отравивший ему всю жизнь? Почему она ведет себя недостойно? Ведь он не тащил ее замуж насильно.