Дверь за ней закрылась. Я без сил упала на стул. Но доктор встала и сначала выглянула в коридор, видимо, чтобы убедиться, что мать не подслушивает под дверью, а потом только спросила:
- Я же правильно поняла, что секс был незащищённым?
- Я не знаю, - выдохнула я и покачала головой. - Я очень волновалась. Мне было больно, страшно и я... правда, не знаю.
- Но спросить-то своего партнёра об этом ты можешь? - ободряюще сжала она мою руку, потянувшись через стол. - Яна, это очень важно. Очень. Потому что ты пропила курс гормонов. Специальных гормонов. Их пьют для лучшего прикрепления эмбриона к эндометрию. И для повышения шансов забеременеть. Это... - она медленно обессиленно выдохнула. - В общем, ни о какой экстренной контрацепции для тебя не может идти речи, после таких доз одних гормонов вводить другие бесполезно и очень опасно, останешься инвалидом. Тем более секс был вчера, а у тебя овуляция. Уже всё бесполезно. Безопаснее будет сделать аборт.
Я открыла рот. Потом закрыла.
- Он спросил меня про таблетки. А я... я даже не поняла про какие. И сказала, что пью. Я ведь пила.
- Да, ты пила. Только не те. И, кстати, о профилактике. Раз ты не уверена на счёт презерватива, надо сделать.
- Я уверена. Если его не было, то беспокоиться точно не о чем. Он бы не стал так рисковать.
- Я бы на твоём месте на это не уповала. В полицию пойдёшь?
- Нет, - уверенно покачала я головой. - Я сама согласилась.
- Тогда давай ещё раз на кресло, обработаю и лекарства выпишу.
- Нет, - испугалась я. - Я больше не буду пить никаких таблеток.
Она вздохнула, посмотрела на меня внимательно, протянула визитку.
- Тогда обязательно звони, если что, - встала, сложив руки на груди, подошла к окну. - Она тебе точно мать?
- Не знаю. Мы двадцать лет не виделись. Меня растила бабушка, - убрав визитку в карман, я тоже подошла к окну.
И в ужасе икнула. У машины стояла Татьяна Владимировна, а рядом с ней... Чекаев.
Глава 8. Арман
- Арман Эмильевич, здравствуйте!
Стройная темноволосая красивая женщина процокала каблучками по ступеням крыльца и остановилась напротив меня.
- Простите, мы знакомы? - приподнял я одну бровь, но где-то там, в глубине души уже знал: да.
- Татьяна Владимировна Воскресенская, - протянула она руку.
- Очень приятно, - скупо пожал я её узкую ладонь. Всё происходило почти как в дурацкой картинке, что я себе недавно нарисовал. Только разговор шёл не по телефону, а вживую. - Это же вы прислали мне вчера подарок? Сладкое, простите, не ем. Но мои сотрудники сказали, что торт вкусный. А вот с часами угадали. Спасибо! Только напрасно вы так тратились.
- Что вы, что вы, мне доставило истинное удовольствие выбирать их в Швейцарии. И это скорее символ, напоминание о том, как быстротечно время, чем ценность. А вот девушка, что принесла вам подарки, действительно ценна и важна для меня.
Настолько важна и ценна, что ты, кукушка, вспомнила про неё только через двадцать лет?
- Дети, - улыбнулся я многозначительно. - Они так быстро растут. Понимаю.
- У вас есть дети? - делано удивилась она.
Ах, ты зубастая тварь! Натаскана, как хорошая ищейка. За словом в карман не лезет.
- Нет. Боюсь, что нет. Но, надеюсь, у меня ещё всё впереди, - тщательно растягивал я губы в улыбку. У меня аж щёки свело с непривычки. - Говорят, неплохой центр, - показал я на здание. - Как раз к слову о детях. Не порекомендуете?
- Вам - нет. Но порекомендую найти хорошего адвоката. С опытом ведения дел об изнасилованиях.
- Вы на что-то намекаете? - ни один мускул ни дрогнул у меня на лице, они так и застыли в каменной улыбке командора. - Или предупреждаете? Меня хотят изнасиловать? - я нарочито обернулся по сторонам. - А мне-то казалось, хорошего адвоката я нашёл в вашем лице.
- Очень хорошего, - она подтянула к себе мою голову за затылок, вцепившись в волосы, и шепнула в самое ухо. - Но за дочь я тебя лично и в особо жёсткой форме.
Она улыбнулась гаденько. Села в машину. И с силой хлопнула дверью.
Ну, перед девчонкой, значит, можно не разоряться, раз она уже всё так красочно расписала матери, что та клыки свои выпустила.
Только знаешь, что, сучка ты недотраханная, иди-ка ты клюй мозг своему очередному муженьку.
- Размечталась, - хмыкнул я вслед отъезжающей машине.
И уже хотел уходить, когда увидел... её.
Она метнулась в сторону, но я был быстрее. Кинулся наперерез.
- Подожди, - схватил. - Да подожди ты, не вырывайся! Честное слово, не девчонка, а зверёк. Дикий, испуганный.
- Пусти! - дёргалась она. А у меня какого-то чёрта сердце разгонялось как локомотив.