Ехали «как кильки в бочке».
Высоченный Константин, держась за потолочный поручень, безвольно мотылялся из стороны в сторону, когда автобус проваливался в ямки или подпрыгивал на кочках.
Надя пугалась.
И с тревогой всматривалась в искусанный комарами, идеально красивый профиль Костиного лица.
***
Несмотря на врождённую изнежность и родительскую избалованность, Костя, как-то ненароком, в одночасье «попал в жилу» со своим малым бизнесом и разбогател.
Он хотел теперь ужинать исключительно в ресторанах.
И в Надиной заботе нуждался теперь значительно меньше. Потому что много времени проводил вне семьи. Жизнью общего сына Константин интересовался не охотно. А к работе жены относился и вовсе с брезгливостью.
- Зачем возиться с бомжами? С их выродками, которых те кинули? –
искренне не понимал Константин.
- А что с ними делать? – риторически вопрошала Надежда.
- Стерилизовать! – охотно давал абсолютно конкретный, ответ Константин.
- Ладно, - исподволь соглашалась Надя, – бомжей стерилизуем… а с их детьми что делать?
- Тем более стерилизовать… Заранее, чтоб не плодились, - ничуть не задумываясь, вершил суд её решительный супруг.
***
Деньги у Константина кончились так же стремительно, как появились.
Рестораны стали недоступны.
Бляди тоже.
Костя вспомнил про Надю. Та его жалела, помогала «встать на ноги», подыскивая возможность заработать. Тот прогибаться не хотел. Всех вокруг считал виноватыми.
В конце концов, взял да запил.
Колтунов помнил случай, когда у ресторана, куда был приглашён на празднование дня рождения своего приятеля, он случайно наткнулся на выпившего Королёва.
Тот чрезвычайно обрадовался встрече, видя, что Колтунов направляется в тёплое местечко с едой и алкоголем.
Он вознамерился сесть доктору на хвост.
Но Колтунов прямо объяснил Константину, что в ресторане его никто не ждёт, и посоветовал ему отправиться домой, к Наде.
Королёв сделал вид, что пошёл, куда послали.
А полчаса спустя, «под соусом» знакомства с Колтуновым, он впёрся-таки в ресторан. Вхлам набухавшись, он разжёг скандал из-за того, что дескать официант без должного уважения обслужил его персону.
Короче, Константин – «сбитый лётчик».
А Надя – его боевая подруга.
Глава 29
Цветы для Нади
***
В ту ночь, когда Надежда оказалась в доме Колтунова с зашитой переносицей, доктор многое в себе самом успел понять. Он чётко осознал, что «деликатесами» уж сыт по горло. Он жаждет простоты и прямоты.
Он хочет чёрного хлеба.
И он его добудет.
Ранним утром Сергей Андреевич вошёл в цветник, чтобы собрать для Нади букет. Любимые лилии тянули к нему свои нежные руки, смотрели открыто в глаза, они скучали.
Доктор задумался, какие цветы срезать для Нади?
На него бросали жгучие взгляды дикие азиатки, турецкие саранки выгибали изящно станы, розово - зефирными пышными платьями соблазняли Колтунова махровые лилии.
Но доктор решил, что чисто белые бутоны будут смотреться уместней.
***
Поставив вазу с цветами на стол, красиво расставив тарелки, в которых лежали помидоры, хлеб и сыр, доктор осторожно постучал в комнату Нади.
Та вышла.
«Хорошо, что не срезал азиаток», - подумал он, глядя на Надю. Похожими красно-фиолетовыми рваными пятнами цвели синяки под её обоими глазами.
Вслух же хозяин спросил: «Кофе будешь?».
- Буду, – Надежда сидела в его махровом халате, боком к столу, обхватив себя руками, и смотрела в пол, наверняка, мечтая под него провалиться, от жгучего стыда и от отчаянья.
Наде дела не было до белых лилий.
- Живи у меня сколько хочешь, – Колтунов поставил перед ней чашечку с кофе.
- Спасибо... поживу... я в интернат позвоню, предупрежу, что на больничном.
***
Социальные игрища – штука мощная.
И Наде пришлось изжить из себя командиршу, раструшеваться на фоне Колтунова, по-другому обозначиться. Сначала она хваталась за Сергея в дружеском обличье, будто за соломинку. Однако, спустя три недели, Надя соломинку отпустила. Погрузилась в волну его нежности бесстрашно, с головой.
Знала, что когда-нибудь волна сама прибьёт её к берегу.
А пока беспомощность – её спасение.
Надя, восстановившись у Колтунова, жила теперь в квартире взрослого сына. Колтунов не давил, но надеялся, что его дом станет и Надиным домом тоже.
Эта мысль Сергея Андреевича окрыляла.
Он и знать не знал, что вписан в жизненные планы ещё одной женщины.
Разумеется, Ниночки.
Глава 30
Черничный торт
***