Но, как говориться, утро вечера мудренее.
Процесс самоистязания пресёк ореховый. Он, тяжёлым комком, плотно прилёгший внутри хозяйки, потребовал покоя и тишины, напрочь отрубив её мозги.
Ольга уснула.
***
Наутро, проснувшись, Ольга сразу вспомнила о пережитом накануне потрясении.
Да, время выскользнуло у неё из- под сердца холодной скользкой змеёй, предательски быстро, оставив в груди сквозную дыру, и теперь в неё хлещет ветер.
«Как женщина ты не состоялась», – кончиком хвоста застопорив стрелки на женских Олиных часах, любезно брызнула на рану соль, скользящая за горизонт, спешащая гадюка.
С этим нужно было жить.
Но как?
«У тебя сегодня выходной, сходи куда-нибудь, развейся», – сама себе сказала Ольга.
Обычно женщина лечила душу походом в книжный магазин.
«Магазин, не проканает, – сразу вычеркнула она своё самое эффективное «реанимационное» средство из спасательного плана, - ситуация нетипично - патовая. Инструменты нужны другие».
И Ольга вознамерилась пойти в такое место, которое она обычно обходила стороной.
В кафе.
***
Нет, в общепитах, где продаются блинчики, гамбургеры, пицца и суши Ольга, конечно, бывала. Она заходила туда поесть.
И обязательно с Марком. Это был один из способов провести с сыном время.
Другое дело – романтическое место, куда отправляются не за едой, а для того, чтобы посидеть рядом с тем, кого любишь.
Ольгу сто лет никто не приглашал в кафе.
«Пойду туда одна», – осмелилась она.
Женщина вышла из дома. День стоял погожий, летний. Разгар работы уличных заведений. Ольга выбрала самое оживленное, и сев за маленький столик, заказала красивому молодому официанту чашечку экспрессо.
Потом огорчённая личной драмой посетительница, попивая кофе, наблюдала за парой.
Мужчина и женщина, явно супруги, сидели за столиком неподалёку, и точно не были друг в друга влюблены. Они, с обыденным видом, молча, думая, по-видимому, каждый о своем, ели пиццу. Просто потому что хотели есть.
Романтикой там даже не пахло.
***
«Живут же как-то эти двое, – резюмировала Ольга, – так чего же я переживаю?».
«Да, как женщина, я не любила, – продолжила размышление философски настроенная библиотекарша. – И меня ни один мужчина, похоже, не любил. Ну и что? Не умерла ведь! А что это значит?
А это значит, что любовь – «опция» необязательная. А дополнительная!»
Ольга задумалась.
«Вот взять, к примеру, искусство, – «краем глаза» поглядывая на всё ещё жующую супружескую пару, углубляла мысль уже воодушевлённая Ольга, – Теоретически все люди могут творит. Но творят единицы. Поэты, художники всякие.
Почему?
Потому что творчество – опция необязательная. Хочешь – твори. Хочешь –нет. Не многие творить соглашаются, потому что риски большие. Вложился, в взамен – кукиш с маслом.
С опцией «любовь» люди обходятся развязнее. Тут природа – мать людей «подпинывает», размножаться велит. Попадёшь случайно под эффект «бабочек в животе», поведёшься, а потом сиди, жуй пиццу, расплачивайся.
Так не переоценивают ли люди взмахи «бабочек в животе».
И тогда в какую они цену?
***
Чтобы уж совсем упросить ассоциативный ряд, Ольга снизошла до примитивных рассуждений.
«Допустим, купил человек стиральную машину, – оттачивала она свою мысль, как карандаш, до нужной остроты, - и пользуется функцией «основной режим». На стиралке есть отметинка «шёлк». Но нет у человека в доме ткани, плетения тутового шелкопряда.
Или есть, но человек вручную её полощет.
Вот и застаивается функция «шёлк».
В конце концов, уйдёт в утиль, никем не познанная и не оцененная.
***
Прошло несколько месяцев, после того, как Ольга пила в кафе эспрессо.
За это время она окончательно убедила себя, что любовь – чувство, слишком переоценённое. Люди предают ему гораздо большее значение, чем оно того заслуживает.
Сам собой возник вопрос: если мы переплачиваем. То какова его цена?
Причём цена конкретная. Выраженная в купюрах.
- Как так? – мог бы спросить её условно взятый человек.
- А так, – ответила бы оппоненту Ольга. - Влюблённость - это чувство?
- Чувство. – Соглашался тот.
- Вот именно! Бабочки в животе! От хлопанья их крылышек – ни жарко, ни холодно, – Ольга брезгливо морщила нос. - А любовь – это чувство?
- Любовь – это действие. Здесь «бабочками в животе» не расплатишься.
- А забота – это действие? – Задавалась новым вопросом Ольга.
- Действие.
- А дружба?
- Действие.
- Но забота продаётся. Если вы, например, нанимаете сиделку своей парализованной матери, вы платите за заботу. Так?