Вскоре я переехала к нему.
Теперь сын талантливый учёный. Женат. Три месяца назад у него родился мальчик… Я пишу карточки. Буду учить внука читать по методике Глена Домана.
***
Слезы умиления покатились у Татьяны из глаз. Старший Хлебов приобнял её за плечи.
- Простите меня за лишнюю эмоциональность… - Татьяна промокнула платочком последнюю слезинку. – Вы ведь хотели узнать о том, как научить ребёнка читать. Я вам об этом рассказала… Так что пойду, припудрю носик.
И Татьяна ушла.
- Всё понял? – Спросил у Серёги старших Хлебов.
- Я понял всё. – Неопределённо вытаращился в экран Серёга. – Но не понял ничего.
- Поясни. – Потребовал Кукун.
- Я понял, что обучить Розу чтению можно по методике Глена Домана. – Доложил Серёга. – А дальше ничего не понял… Доман ведь говорит об обучении детей с пелёнок, а Роза – взрослая девушка. Я не понял, кто будет карточки рисовать. Не понял, кто их будет показывать.
- И рисовать и показывать будешь ты.
- Я???
- Разумеется ты… не я же!
- Я не умею.
- Научишься.
- Но Роза взрослая! Она методику Домана не освоит. – Как за спасительную соломинку, за последний довод, освобождающий его от педагогической миссии, схватился Хлебов. – Ничего не получится!
- Получится. – Заверил его отец. – Я витаминки для мозга Розе пришлю. Так, что без помощи не останешься!
Глава 24
Костя едет в санаторий
***
Костя выбрал санаторий.
Подчеркнул красным маркером его название.
А до этого Костя неделю смотрел на Надю букой, супился, «как мышь на крупу», однако разборок с вытряхиванием жениной души, до которых был так охоч, супруге не устраивал.
Чем немало удивил Надежду.
Удивил он её и своим выбором.
Вернее, насторожил.
Санаторий, на который Костя положил свой глаз, находился рядышком, под боком у их города… пара часов на машине.
И в этом обстоятельстве, в том, что Костя не пожелал отправиться «за тридевядь земель», угадывался его «почерк».
Константин намеревался держать Надежду «на коротком поводке», чтоб в случае желания – взять да и дёрнуть.
Удивляло другое.
Костя выбрал очень камерный, уединённый бутик-отель, который располагался на горе, в глуши елового леса, и стоил очень дорого.
Костин выбор поражал, потому что будучи молодым и здоровым, имея деньги «на кармане», он увлекался шумными вечеринками и всевозможными сборищами, а не одиночеством и возможностью побыть в лесу, на природе.
Надя была уверена, что Костя выбрал отель ей назло, чтобы её свобода ей подороже стоила.
Так или иначе…
Костя от Надиного предложения переехать жить в санаторий, отнюдь не отказывался.
Напротив, после озвучивания своего выбора, Костя, как будто помолодел, повеселел, порозовел лицом.
***
Уже начался декабрь.
Колтунов просил, чтобы Надя уладила дело с размещением Константина в санаторий до наступления Нового года.
Надя и сама об этом мечтала, тем более, что Костя был за. В буклете была пометка, о том, что все праздники для постояльцев санатория проходят в уютном каминном зале. И перспектива оказаться там, Константина заметно окрыляла.
Надежда собрала Костины вещи, усадила в машину самого Константина, и сев за руль, тронулась в путь.
Сначала дорога, и впрямь (это указывалось в буклете) долго тянулась в гору, заросшую лесом. Но после усмирилась, сдалась. И, вдруг, совсем неожиданно, перед путниками оказалось здание санатория.
Двухэтажное строение, напоминавшее барский дом, почти не просматривалось сквозь лес, потому что было окрашено в тёмно-зелёный мрачноватый цвет.
Заканчивался день, близился вечер, но электричество ещё не было зажжено, и очертания санатория растушёвывались сгущающимися сумерками и вековыми тёмными елями.
Надя остановила машину.
Ей хотелось бы увидеть сейчас перед собой заведение иного толка, с искрящимися баннерами, с шумом разномастной толпы, с бряцаньем тарелок – что-то типа хорошего турецкого отеля.
«Ты точно сюда хочешь? – На всякий случай, спросила она Константина.
- Точно. – Ответил тот.
И Надя нажала на газ.
***
Впрочем, опасения Надежды были напрасны.
Внутри пансионат смотрелся живенько, а персонал оказался вышколенным и в меру, без слащавости, любезным.
Константин тотчас был выужен из нутра автомобиля ловкими руками санитаров и перемещён в комфортное инвалидное кресло. Тут же к новичку была приставлена молоденькая девушка, облачённая в форму, напоминающую одеяние медицинских работниц прошлого века: в белый халат на завязочках и в косыночку.
Девушка, привезла коляску с Константином к каминному залу (тому самому, о котором было сказано в буклете), пригласив заглянуть в обеденный зал, в библиотеку, в бассейн, и на уличную террасу.