- У принтера нет души. – Серьёзно ответил Хлебов. – Я карточки с душой писал.
- Спасибо. – Растаяла Роза. – Урок закончен?
- Да, первый урок закончен. Но будет ещё восемь… Девять уроков в день… и на вот, съешь таблеточку. – Хлебов преподнёс на блюдце Розе маленькую розовую пилюльку и стакан с водой.
- Что это? – Спросила Роза.
- Это вспомогательное средство для закрепления результата… Глотай, не бойся. – Назидательно велел Хлебов. – Таблетки эти мой отец прислал. Он учёный, медик, исследованием мозга занимается… Так что ты таблетку проглоти. Не бойся. Хуже –то не будет.
- На сердечко похожа. – Аккуратно подцепив двумя пальчиками «вспомогательное средство», заметила Роза.
- Глотай, не сентиментальничай. – Притворяясь серьёзным и сердитым, скомандовал Хлебов.
Роза повиновалась.
***
Сергей с Розой обедали картофельным пюре с паровой тефтелькой, приготовленными Ру, когда в дверь позвонили.
- Извини, я на минутку. – С лёгкостью, неожиданной для девушки, Хлебов выпрыгнул из-за стола и метнулся в коридор.
По голосам, доносящимся из прихожей, Роза поняла, что Сергею доставили заказ.
Минуту спустя Хлебов стоял перед Розой с огромным пакетом в руках.
- Ну вот… - Сильно смущаясь и тряся поклажей, вымолвил он. – Может вместе откроем?.
- Давай! – Заинтригованно кивнула Роза. – Открывай скорее!
Серёга сунулся в пакет.
Выволок оттуда дутый зимний пуховик, по капюшону отороченный искусственным мехом, добротные сапоги, так же набитые мехом, шапку и варежки.
- Ух ты! – Восторженно взвизгнула Роза. – Давай, одевайся! Гулять пойдём!
***
Прогулка была недалекой.
Серёга смог добрести лишь до подъездной лавочки. У него закружилась голова, сбилось дыхание, начала одолевать зевота.
- Сколько лет ты не был на улице? – Спросила Роза у Сергея, когда они приземлились на лавочку.
Серёга задумался, невидящим взглядом уставившись в голые кусты, в глубине которых висела ниточка с нанизанными на неё кусочками сала. Возле лакомства бойко прыгали синички, переговаривались о чём-то и даже ссорились.
- Почти три года. – Признался, наконец, Серёга. – Если не считать одного ночного выхода к мусорке. Мне тогда этот выход важным казался, поэтому я осмелился.
- Что ты чувствуешь сейчас?
- Жизнь… Я чувствую, что живу.
***
У Розы от такого признанья защипало в носу.
Но она сдержалась.
Чтобы поддержать уязвимого в эту минуту Хлебова, она стянула с его руки варежку и сжала её в своей ладони.
- Красный фломастер так и не отмылся. – Чтобы сгладить минуту Серёгиной мужской неловкости, сказала Ру, первое что пришло ей на ум. – Знаешь, я думаю, у моей мамы руки всегда были перепачканы краской… Она была художницей.
- Была художницей? А теперь уже нет? – Млея от Розиного рукопожатия, спросил Хлебов.
- Не знаю. – Слегка сникла Ру. – Я ведь мать не видела никогда. Она оставила меня соседке, якобы на час, а сама исчезла… Так и не вернулась… Я попала в детский дом, где врачом работал Колтунов. Я ему приглянулась, и он забрал меня домой.
- И что… О матери больше ничего не известно?
- Почти ничего… Колтунов мне рассказывал, что он расспрашивал её знакомых, тоже художников, они сказали, что мать на набережной любила рисовать, продавала прохожим свои картины… самым любимым её сюжетом были неоновые раки.
- Неоновые раки?
- Да, неоновые раки! Знаешь, в те времена молодёжь быстрой техникой рисования баловалась. Из баллончиков краска распылялась… А неоновые раки, они ж как межгалактическое небо с миллиардами мерцающих звёзд, или как тропический закат на фоне синего неба… Красиво, короче говоря, получается.
- Красиво… А кто твой отец?
- Тоже художник. Мои родители на первом курсе «художки» познакомились.
***
Вернувшись домой поздно вечером, бывший политик, а ныне бизнесмен Игорь Дудин, вскользь поздоровавшись с домочадцами, и отговорившись тем, что у него с собой в портфеле есть работа, прошмыгнул в свой кабинет.
Там, плюхнув ношу на стол, налив себе коньяка, и ослабив галстук, он тяжело опустился в кресло.
Щелкнув замочком, он вытянул из портфеля стопку бумаг.
- Мне нужна эта Роза Узорова! –
Подумал он, хищно вглядываясь в фото девушки, которое прилагалось к её анкете, заполненной при устройстве на работу в корпорацию «Ценный друг». –
И нужна немедленно! Скоро Новый год, а перед таким волшебным праздником людям чудо «на блюдечке с голубой каёмочкой» подавай! Надо шоу замутить! Зрелище! И чтоб эта Роза Узорова под дудочку мою плясала. И мой главный враг, доктор Колтунов, со своими тошнотворными идейками про бескорыстную дружбу, лежал на лопатках! Я заткну ему рот. И «Ценный друг», как птица Феникс воспарит в небеса!