Джиджи ел медленно, сосредоточенно и лишь по чистой случайности услышал в общем шуме, как женский голос крикнул: "Привет, Милена".
Он принялся осматриваться - склоненные над тарелками лица, мужские и женские, узкие, длинные столики в два ряда. Благодаря сверхчувствительному слуховому аппарату он сумел уловить, что слова "Как дела, Милена?" обращены к молодой женщине с темно-каштановыми волосами, с аппетитом уплетавшей омлет. Джиджи, неторопливо макая корку хлеба в темно-розовый сок, выжидал, когда освободится место рядом с нею. Но вот наконец освободилось место напротив. Джиджи решительно направился к столику Милены и положил на стул свой портфель.
- Разрешите составить вам компанию?
Молодая женщина подняла на него глаза, подведенные черной тушью, и молча кивнула.
- Могу ли я угостить вас чем-нибудь?
- Мороженым.
Джиджи уверенно лавировал в людском потоке и, против обыкновения, беззастенчиво наступал другим на ноги, заслоняясь словно щитом вежливым "простите".
Милена ела с завидным аппетитом, обнажая мелкие белые зубки.
- Как тебя зовут? - спросила она.
- Джиджи. Джиджи Милези.
Он заговорил с ней о работе, о скудном, но прочном заработке.
Милена слушала его с видимым интересом.
- А у тебя, Милена, как идут дела?
- Могли быть и лучше, - с легким смешком ответила молодая женщина. - Но по нынешним временам особенно жаловаться не приходится. Давай выйдем. Здесь легко задохнуться от духоты.
- Как хочешь, Милена.
- А ты забавный. Пойдем-ка потанцуем. Я знаю одно местечко...
- Как хочешь. - Он беспрестанно называл ее по имени, испытывая при этом необъяснимую радость. И говорил, говорил так много и красноречиво, как никогда прежде. Вернее, даже фантазировал, выдумывал вслух, если только это можно было назвать выдумкой.
- Ты прямо актер... - И Милена смеялась дробным смешком. - Перестань на меня пялиться. На нас смотрят.
- О Милена, какая ты красивая!
Молодая женщина пожала плечами и вошла в дансинг. Когда она сняла пальто, Джиджи застыл в изумлении - платье цвета электрик блестело и переливалось огнями, и все мужчины невольно оборачивались.
- Что же ты стоишь, пойди, сдай пальто роботу... - и она уверенно направилась к столику.
Танцуя, Джиджи шептал ей все те нежные слова, которые он слышал в кино. Милена прижималась к нему, называла его милашкой и громко смеялась.
Он был до того счастлив, что от первого же бокала вина у него отчаянно закружилась голова.
- Довольно, - сказала Милена. - Видно, ты один из тех, кто пьянеет от одной рюмки. А я не люблю пьяных. Идем отсюда.
- Ты не думай, не думай, - лепетал Джиджи. - Вот увидишь. Я буду пай-мальчик.
Он постарался стряхнуть с себя дремоту - ведь сейчас решается его судьба.
Милена готовила кофе на встроенной в стенной шкаф плитке. Джиджи лежал на большой кровати и лихорадочно перебирал в памяти все виденные на экране любовные сцены.
- Кофе готово, милый.
Она протянула ему чашечку горячего кофе... Ну, конечно, теперь она каждое утро будет подавать ему кофе прямо в постель. Милена включила видеофон, и в комнату ворвалась совершенно невероятная, бешеная музыка.
- Нет, Милена, прошу тебя, танго или фокстрот.
Милена послушно переключила видеофон, и полилась сладкая, тягучая мелодия. Джиджи зажмурил глаза, простер к Милене руки и упал на колени.
- О моя Джульетта...
Милена испуганно вскрикнула, словно укололась о булавку. Джиджи открыл глаза и увидел, что она стоит полуголая и глядит на него с недоумением и страхом. Джиджи коснулся ладонью ее бедра.
- Милена, о Милена...
Кажется, говорил он один, а Милена задремала под его нежные речи.
- Открой же глаза, любимая.
Милена приоткрыла слипшиеся от сна веки и спросила:
- Который час?
- Какое это имеет значение?
- Разве ты завтра не работаешь?
- Да, но я не хочу сейчас об этом думать. Мне дорога каждая минута блаженства.
- Ты очень милый. Но я устала.
- Ты права. Я гнусный эгоист.
Он встал, поспешно оделся, несколько раз поцеловал ее на прощанье и направился к двери. Стоя на пороге, он посылал ей последние воздушные поцелуи и никак не мог уйти.
- Послушай, дорогуша, ты позабыл кое-что, - сказапа Милена и выразительно прищелкнула пальцами. - Денег не вижу.
- Ты хочешь, чтобы я дал тебе денег?
- Послушай, Джиджи, комедия и так изрядно затянулась. Плати, да поживей.
Джиджи в полнейшей растерянности впился в нее взглядом. На миг у него зародилась надежда - одиночество и нищета толкнули Милену на порочный путь. Но он спасет ее.
- Да, но я хочу на тебе жениться. Разве робот тебе об этом не говорил?
- Какой еще робот? Жениться?! Очень мне нужен муж, который зарабатывает жалкие гроши! Мой дорогой, когда я поднакоплю денег, то выйду замуж за богатого синьора. И тогда прощайте город и эти чертовы купола. Были бы деньги, а как они заработаны, никого не касается,
- Значит, ты обыкновенная шлюха?
- Это уж мое дело. Плати и выметайся,
На сей раз Джиджи приплелся к роботу подавленный, убитый горем.
- Как же ты сразу не догадался, Джиджи? Ведь я не давал тебе этого адреса.
- Но ты сказал, что ее зовут Милена.
- Ну и что же? Милена порядочная девушка, она регулярно ходит в церковь. А вот ты в последнее время туда и носу не кажешь.
- Там все женщины уродки.
- Неправда. И потом, в церковь ходят, чтобы молиться богу, а не глазеть на женщин.
- Богу не до нас. Он видит лишь тех, кто живет за куполами, а нас даже не замечает.
- Не кощунствуй. Ты не понимаешь великого смысла религии. Попытайся разобраться.