Нет… не получается. Когда-то выходило, а сейчас — нет.
- Амир, пожалуйста, оставь меня в покое. Дай мне уйти.
Я чувствую взгляд на себе, но не отвечаю на него. Ковыряю нежный шелк простыни и так отчаянно цепляюсь за надежду, что он…просто устанет! И отпустит!
Но нет. Нет…
Амир тяжело вздыхает и говорит:
- Проводи меня, любимая.
Я его ненавижу. За это короткое слово, которое тянет меня обратно к нему. Так жестоко…нет, ты все же стал жестоким, просто без холода, а наоборот пылая страстью. Как и прежде…
Перед дверью Амир прижимает меня к стене и целует. Долго, будто не может оторваться. Его руки сжимают мое тело. Они оставляют клеймо, чтобы я не забыла, кому принадлежу.
Да я и не забуду… поверь. Это невозможно.
Упираюсь ему в грудь, пытаюсь извернуться, оттолкнуть, но это только сильнее распаляет Амира. Он прижимает меня всем телом, сцепляет наши пальцы и заводит мои руки над головой. Дышит так красиво, тяжело…господи, что это такое? Как? Разве возможно чувствовать такую страсть? Которая перекрывает все: разум, доводы, аргументы.
Меня тянет к нему, и если он захочет присвоить меня здесь и сейчас — я поддамся. Наверно, даже ради приличия не буду сопротивляться.
Это болезнь. Зависимость. Неадекватность.
- Я вернусь к тебе, - шепчет он страстно, низко, тяжело, - Ты слышишь? Я вернусь как можно быстрее, Диана. Моя девочка. Твою мать…как я буду по тебе скучать.
Он спускается к шее, оставляет на ней засос и усмехается.
- Я вернусь раньше, чем он сойдет. Чтобы оставить тебе новый…
Чтобы не дать мне даже шанса на спасение.
Прикрываю глаза, а когда он отстраняется, чувствую дикий холод.
- Диана…
- Пожалуйста, уходи.
- Любимая… посмотри на меня.
- Господи, хватит! - отчаянно шепчу, закрыв лицо руками, - Уходи!
Амир резко разводит мои руки и сильно сжимает запястья, так что мне приходится на него посмотреть — и снова; как по кругу: я не могу оторваться, пока смотрю в Черные дыры своего личного ада.
- Не делай глупостей, - шепчет тихо, но со сталью в голосе, - Ты поняла?
- Ты делаешь мне больно.
Пульсирующая хватка на запястьях ослабевает, однако лучше не становится. Ты все равно продолжаешь делать мне больно…
Амир приближается, оставляет еще один поцелуй на истерзанных губах и шепчет.
- Не смей никуда уезжать, потому что я найду тебя. Ты слышишь? Везде.
- Амир…
- Тш-ш-ш…будь хорошей девочкой. Я привезу тебе подарки…
- Подарки со своего медового месяца? - ядовито усмехаюсь, - Потрясающе. Буду ждать.
Он усмехается в ответ.
- Люблю, когда ты дерзишь. Черт, как же херово, что мне нужно присутствовать на завтраке с семьей. Я бы с радостью еще раз повторил вчерашнюю ночь…
- Я тебя ненавижу.
Он слегка улыбается и снова целует меня.
- Неправда. Ты меня любишь, девочка моя, и я люблю тебя. Я буду звонить. Приеду через две недели, встреть меня хорошим ужином.
- С этим к жене. Ко мне ты приходишь…
- Замолчи, - тихо смеется и опять касается губ, - Черт, просто замолчи. Иначе я никогда не уйду…
И я бы могла что-то ответить, но понимаю, что так его только задорю больше. А я не хочу. Правда, не хочу. Больше всего на свете я мечтаю, чтобы он ушел — в идеале, насовсем…
Упрямо молчу, вздергиваю носик, Амир в ответ еле уловимо улыбается и оставляет последний поцелуй на моих губах.
И низкий, бархатный шепот на ухо…
- Я люблю тебя. Такую я люблю тебе еще больше, моя девочка.
И только потом уходит.
Я наконец-то могу вдохнуть полной грудью! Бреду на кухню, стараясь не думать о том, что будет дальше. Как он сядет за стол рядом со своей женой, потом поедет в аэропорт, где их ждет частный бизнес-джет; что потом он прилетит на Мальдивы и там, в шикарном номере для новобрачных, будет раздевать другую женщину. И целовать. И делать своей.
Слезы застилают глаза, а тупая боль расходится волнами по телу.
Господи…я же совсем не хочу об этом думать и представлять, но думаю и представляю. Это какой-то кошмар. Бесконечная череда картинок, и одна только боль, разочарование и обида…
А потом они вернутся с ребенком и…
Звонок в дверь отрывает от мыслей. Он буквально с корнем выдирает меня из этого калейдоскопа ужаса, так что я резко поворачиваюсь на звук и чуть не роняю стакан с водой.
Кто это? Я никого не ждала… а если…это он вернулся? Боже, нет…
Я не хочу, но при этом и мечтаю. Чтобы он вернулся, обнял бы меня и сказал: Диана, мне плевать на все! Я тебя люблю! И я буду бороться за наши отношения! Против своей семьи и всего мира.