- Может быть, ты объяснишь мне, какого черта это было?!
Замираю на мгновение. А что мне сказать?
Жму плечами.
- Я уже сказала. Мне хотелось посмотреть…
- Диана!
Снова рычит, а потом быстро подходит, дергает меня за руку, чтобы я посмотрела ему в глаза.
Амир не любит, когда с ним говорят так: то есть, стоят спиной и не смотрят в глаза. Будто он чувствует, как теряет власть, и ему это очень не нравится…
Из-за того, что он меня опять мотает из стороны в сторону, как свою тряпичную куклу, я проливаю воду прямо на его красивую рубашку.
А потом усмехаюсь этому.
- Упс. Кажется, я испортила твой свадебный наряд…
Амир прищуривается.
- Сколько ты выпила?
- Какая разница? - вырываю руку и обхожу его, чтобы нарастить дистанцию, - Иди. Тебя потеряли, наверно…
Его снова не устраивает мое поведение. Амир нагоняет меня на середине гостиной, опять хватает и разворачивает на себя.
- Кажется, я задал тебе вопрос! Сколько ты выпила?! И какого черта ты приехала…
- А что?! - повышаю голос, вырываюсь и дергаю головой, роняя горячие слезы, - Испугался, что меня увидит твоя семья?!
- Заткнись, Диана!
Амир наступает, уперев палец мне в лицо.
- Сейчас, твою мать, тебе лучше завалить нахрен!
- Что? Не нравится?! Твоя семья…
Он выходит из себя. Схватив меня за предплечья, до боли сжимает их, вонзив пальцы, трясет и орет.
- Да что ты вообще знаешь о семье?! Нихрена! Твоя семья — это сборище алкашей и наркоманов, которые своего ребенка за бутылку водки продадут! Поэтому завали! Не смей о них говорить в таком тоне, ты меня поняла?!
Я его боюсь. В этот момент мне действительно страшно, но я хорошо знаю, как в таких ситуациях действовать. Нельзя провоцировать. Надо просто подождать, пока он успокоится…
Страшнее другое, если честно. Что он использует мои секреты, которые я рассказала ему…Он использует это против меня! Унижая, делая еще хуже, будто разбитого сердца недостаточно. Надо втоптать меня в грязь, да? Так тебе станет лучше?
Жмурюсь. Нет, этого не может быть…не может. Он не мог так сказать. Я все себе придумала. Он не мог…
Натягиваюсь, как струна. Я жду. Не провоцирую, стараюсь не всхлипывать, не дышать и не быть. А главное, не смотреть. Ведь это страшно — понять, что твой любимый человек мог с тобой так…жестоко…
Амир тяжело дышит. Он продолжает держать меня в своих руках, но уже мягче, а потом притягивает меня к себе и обнимает.
- Черт, малыш, прости. Я не хотел, просто…
- Ты все правильно сказал, - хрипло шепчу, выбираюсь из его рук, но по-прежнему не смотрю, киваю только пару раз, - Я — детдомовка при живых родителях, которых родителями назвать сложно…
- Диана…
- Хватит уже. Я устала. Завтра соберу свои вещи и уеду. Хочешь, могу сделать это сейчас — мне, если честно, уже все равно. На улице тепло, а мне не привыкать спать под открытым небом.
Разворачиваюсь и ухожу в спальню.
Я хотела его зацепить, и, надеюсь, у меня это получилось. Хотя…опять же, какая разница-то? Я знаю, что Амир не выставит меня на улицу ночью. У меня есть время до завтра.
Я снимаю свое платье, а потом забираюсь в постель и смотрю в окно. Оно в пол, модное, панорамное. Кровать стоит рядом с ним. Мне нравилось когда-то лежать и смотреть на город, будто я парю над ним. И нравилось быть с ним здесь. На одном облаке. Выше всех проблем.
Мда…тогда я и не думала, что буду делать, когда моя украденная сказка кончится. Давайте начистоту, так не бывает: бизнесмен и официантка, богатый наследник и детдомовка, девственница и циничный ублюдок — все это красиво для каких-нибудь сериалов, но в жизни недееспособно.
Между нами пропасть.
Она примерно как этот тридцать пятый этаж, умноженный на бесконечность. Разные традиции, семья, которая никогда меня не примет, его правильная жена, социальный статус. Да, может быть, если бы я могла дать им какие-то привилегии, имея заряженного отца, тогда, возможно, разговор имел бы место быть. Но это не так. Мои родители — отбросы, а я — дочь отбросов. Одета красиво за его деньги, живу в хорошем месте по его милости, но факт остается фактом.
Амир мне это напомнил.
Это почти «кто ты, а кто я?!». Просто по-другому сказанное…
Дверь в спальню тихо открывается. Я слышала, как он орал что-то на своем языке. Наверно, его потеряли на свадьбе…
Жаль.
Мне правда жаль, ну или я притворяюсь? Какая разница?