—Не стоит, мы просто сделали то, что должны были,— хмыкнув, произнесла я,— единственное, что меня беспокоит, так это то, как вся ситуация отразиться на нашем существовании. Правительство явно поймет, что дело вовсе не в случайности. Они поймут, что мы существуем, и с этим придётся что-то делать.
—Конечно, — Тэррил кинула, — я понимаю. Мы на ближайшем собирании все поясним с другими лидерами. В любом случае, нам нужно будет решать, как действовать.
—Я поняла,— отозвалась, кивнув.
—Вы когда собираетесь возвращаться? Мы могли бы слегка обезопасить ваш путь, либо же снабдить всем необходимым в дорогу,— вдруг поинтересовалась Трина, которая сидела рядом с Кэрол, которая практически прилипла к Тэррил. Обе девушки были привязаны к ней, что проявлялось в их поведении и уважительном отношении к ней.
—Спасибо,— с улыбкой ответила я,— наверное, завтра с утра на бы стояло вернуться. Так будет спокойнее, да и задерживаться нам не к чему.
—Хорошо, мы позаботится обо всём необходимом, так что не волнуйтесь,— проговорила светловолосая серьёзно.
Спустя ещё примерно часа обсуждения и разговоров, мы направились в жилой отсек.
Глория и Дэниел тоже были в радостном расположении духа, как и все находящиеся в бункере. Дэниел, как только мы дошли к комнатам, попрощался и ушёл к Тоду, который направился в комнату чуть раньше, ибо хотел немного отдохнуть. Я с Глорией пошли в выделенную нам комнату. Тут находилось Другая, который пришлось остаться на время миссии в бункере. Девушка уже спала. Мирно и спокойно, иногда слегка посапывая.
—А лидер северных довольно необычная,— Глория села на кровать, рассуждая, — такая непосредственная, но за любого из своих готова отдать жизнь. Я прекрасно понимаю, почему ее тут так ценят.
—Она просто понимает, какова её ценность, — усмехнувшись, заключила я. Да, мне довелось лично пообщаться с Тэррил. Она оказалась удивительным человеком со своей историей.
До того, как попасть сюда, ей пришлось утратить ребенка, а так же мужа, ведь его заменили ещё на первой волне, как особо опасно. Он был одним из патрульных. Сейчас такой профессии нет, всех звменили стражи.
Девушка так легко рассказа об этом, тем самым слегка шокировав. По крайней мере, после этого мне стало известно, что сформировало такой волевой дух. Она была такой лёгкой и казалась доброй и мягкой, но в необходимые моменты проявлялся её сильный характер, сформировавшийся в процессе преодоления трудностей.
—Пожалуй, — Глория слегка дёрнула плечами, — в любом случае хорошо, что мы им помогли.
Я лишь кивнула в ответ, соглашаясь с ней. И то, что нам удалось это было действительно важно, ибо значило, что мы можем противостоять. Да, это трудно, да, порой придётся чем-то жертвовать или идти на риск, но если это оправдано, то значит того стояло. Человеческая жизнь того стояла. И не в самом проявлении существования, нет. Все то, что создаёт её в целом. Каждый хотел нормальной участи. Спокойной, мирной, где не нужно каждый день пытаться вырвать с силой своё право просто дышать, ходить на работу, радоваться мелочам и плакать в момент трудностей.
И мы попытаемся этого достичь.
Однако, за все время я так и не нашла сил рассказать о Другой. Мне казалось, что это необходимо, но когда пыталась решиться— слова улетучивались, не оставляя иного выхода, кроме как промолчать.
В любом случае, они узнают о ней от Чарли, на ближайшем важном собрании, так что у меня не было необходимости её раскрывать. По крайней мере, пока они не узнают всей ситуации. Да и нас самим предстояло в ней разобраться. Но лишь после возвращения.
Именно такими мыслями было наполнено мое сознание, пока я лежала на кровати, когда улеглась сразу же после того, как ответила на последнюю фразу Глории.
Оторвавшись от размышлений, я перевела взгляд на напарницу и, по совместительству, подругу. Та тоже лежала на кровати, но с закрытыми глазами — спала.
Трудный, утомляющий день и вечер, он действительно всех измотал.
Повернувшись обратно и прикрыв глаза, я расслабилась, давая возможность сну полностью поглотить меня, унося в глубины сознания. Мне по прежнему было трудно представить, что нам удастся все, и ещё более удивительной казалась вера в наши силы. В то, что вместе мы сможем достичь мирного существования. Оно поселилось маленьким тлеющим угольком в груди, давая надежду на то, что в будущем все будет хорошо.