Голос Лидии задрожал:
- Как... Шеферовка - Червинских? Мой... дом, мои земли и люди - проданы? Как он посмел?!.. - злость на Червинского - младшего вырвалась наружу, сметая на своем пути все намоленное за последние месяцы смирение.
-Успокойтесь, пани. Думаю, если Вы решитесь вернуться, Вам надо, не затягивая, восстановить свои документы и прибыть в нежинскую управу. Все Ваши бумаги сгорели в пожаре.
- Пожалуй, ты прав. Засиделась я в келье, не могу здесь больше, задыхаюсь.
+++++
На вечерней молитве произошло ещё одно событие, окончательно разрешившее последние сомнения Лидии. Одна из недавно принявших постриг монахинь подняла глаза, и женщина с ужасом узнала в ней... свою подругу Натали Дорошенко.
"Что ж тебе замужем то не жилось?", - невольно вырвалось у Лидии, и она спешно отступила в толпу, прячась за спинами монахинь. Сейчас, в молодой женщине в простой черной одежде вряд ли кто признал бы роскошную даму, блиставшую на балах, но рисковать было нельзя.
Через несколько минут она уже говорила преданному Захару:
- Теперь мне точно нельзя здесь оставаться. Никто пока ничего не должен узнать.
Они щедро расплатились с матушкой - настоятельницей и в тот же вечер спешно отбыли в карете в сторону Киева.
6.
И снова - номер киевской гостиницы. "Хоть переселяйся сюда окончательно, право слово, слишком уж многое с ними для меня связано, " - горько усмехнулась про себя Лидия. Ничего, после восстановления прав на имущество поищу хороший дом, а пока"...
Пока забот действительно было более чем достаточно. Документы о поджоге имения Шеффер уже были переданы в местную полицию, и на их основе бесчисленные чиновники выдавали великое множество справок, а на основании этих справок - новые справки, и эта круговерть бумаг казалась бесконечной. Деньги, вырученные за драгоценности, катастрофически таяли - каждая справка должна была быть оплачена. Новые документы из архивного и полицейского ведомства Лидии удалось забрать только через месяц.
Из материалов дела о поджоге она также узнала об основных зачинщиках бунта в Шеферовке: о неизвестном ей беглом крестьянине и молодом парне-студенте - членах запрещённой организации народовольцев, собиравшихся на старой мельнице на землях Червинских. Их имена и фамилии ей ни о чем не говорили, студент был уже к этому времени казнён, старик сослан на каторгу.
"Однако, постойте, Лидия Ивановна, - проговорил полицейский урядник, - по моему, на допросах они говорили ещё об одном зачинщике, погибшем на пожаре - он вроде как из местных крестьян, беглый каторжанин Степан Вербицкий, Вам ни о чем не говорит это имя?".
При упоминании знакомой фамилии Лидия непроизвольно вздрогнула, и перед ней встало лицо купленной ею крепостной Катерины Вербицкой, на которое сыплется и сыплется земля, а губы ее шепчут молтиву. Стоявший рядом Захар тоже весь напрягся - перед ним вихрем пронеслись воспоминания о наемном рабочем, пырнувшем его ножом и убившем топором служанку Лидии.
- Говорит. Похоже, это родственник моей крепостной, Екатерины Вербицкой, - одними губами произнесла Лидия.
- Это той, что сбежала? Григорий Петрович Червинский тотчас же заявление о ее розыске подал, а теперь объявил за ее поимку награду в пять тысяч рублей, но все равно о ней ничего пока не слышно.
"Значит, она числится в беглых... Пять тысяч за поимку ВАШЕЙ крепостной, Григорий Петрович? Похоже, нам будет, о чем с Вами поговорить"...
Теперь перед ней встала ещё одна задача - найти в церковных книгах в Нежинском уезде запись о родителях этой самой Вербицкой. Кем же приходился ей этот мститель - преступник и что связывает ее с Червинскими?
Немало времени Лидия проводила теперь также в своей киевской мануфактуре, скопившей порядочно дел за время ее отсутствия. Ею были выяснены подробности продажи Шеферовки - в нарушение всех действующих инструкций, продажа была осуществлена без аукциона, под залог имения Червинских, не был выдержан установленный в таких случаях законом шестимесячный срок. Признание сделки недействительной было вполне реальным, но требовало серьезных судебных тяжб. Лидия передала документы киевским поверенным для подготовки к суду.
"Даже если для восстановления моих прав на родовое поместье Шефферов необходимо будет пройти все круги ада - я это сделаю. Никто не смеет безнаказанно захватывать то, что принадлежит Шефферам!"
К счастью, денег, приносимых мануфактурой, теперь было достаточно. Лидия с Захаром переехали из гостиницы в арендный дом в Киеве, выбранный с таким расчетом, чтобы он находился подальше от дома ее старого знакомого Андрея Жадана. Но сплетни о этом достаточно известном в определенных кругах человеке все равно достигали ее ушей - говорили, будто бы он собрался жениться на некой Ольге Радзевич, дочери киевского купца Платона Радзевича, с неделю как молодые объявили о своей помолвке.