Лидия с интересом слушала свою собеседницу, собственно, в этой беседе ей самой и говорить почти ничего не приходилось.
- Говорят, его убил бывший крепостной, из мести, по каким-то старым делам. Не могу поверить, чтобы Андрей Андреевич мог быть как-то связан с такими людьми! Хотя его жена Катерина тоже из бывших крепостных, он выкупил ее у хозяина вместе с имением.
- Да, большой души человек, - Лидия, как ни странно, была с Ольгой вполне искренней, совершенно не чувствуя к ней неприязни.
- Я вспомнила, Лидия, я ведь слышала о Вас раньше, и именно касательно Вашей мануфактуры. Шеферовка, ведь так? - в глазах Ольги сверкнули задорные искорки. Мне кажется, мы с Вами могли бы наладить сотрудничество...
- Вполне, - Лидия вновь улыбнулась.
- Простите, что надоедаю Вам своей болтовней, мне просто надо было кому-то выговориться. Эта новость с утра совершенно выбила меня из коллеи, да ещё эта Ярына Дорофеевна... Хоть она сейчас и дама, а все равно была и остаётся внутри грубой крепостной...
Ольга казалась на первый взгляд болтливой, взбалмошной, импульсивной девчонкой, но Лидия видела в ней интеллект и деловую хватку сродни своей собственной. Будто она сама в начале своего пути... Собеседница ей явно нравилась.
- Что ж, нам остаётся только молиться за выздоровление Андрея Андреевича...
На этом дамы распрощались, договорившись встретиться вновь уже в деловой обстановке. Они не знали, что увы, их пожеланиям касательно раненого не суждено будет сбыться: после их разговора не прошло и недели, как Андрей Андреевич Жадан умер.
6.
Григорий Петрович Червинский с нескрываемым страхом входил в зал судебных заседаний окружного суда Киева - именно сегодня предстояло решиться судьбе его родного поместья Червинки, которое он не смог сохранить, невзирая на доверие своего отца.
Лица участников проходили перед ним одно за другим. Вот семья Дорошенко: Александр Васильевич хмур и серьезен, под стать ему Николя, как никогда похожий на своего отца, Натали и не видно толком за их широкими плечами. Вот Лидия, со своей обычной холодной непроницаемой маской на красивом лице, как никогда далёкая и неприступная, вот какой - то незнакомый молодой человек на месте, где должен был быть Андрей Андреевич Жадан.
Взгляд Григория внезапно остановился и замер... Отец. Петр Иванович выглядел постаревшим сразу на десяток лет. Григ даже не предполагал, что он уже вернулся из Парижа, он ничего не знал ни о рождении брата, ни о смерти жены отца Ларисы - новости нескоро доходили из провинции до Киева, эта встреча просто перевернула в нем все с ног на голову. Он не знал, как вообще после своих поступков сможет посмотреть в глаза тому, кого всю свою жизнь боялся.
- Встать, суд идёт,- послышался металлический голос секретаря.
"Началось"... Как сквозь вату, до него долетали обрывки фраз.
"Ответчик Андрей Андреевич Жадан не может присутствовать в заседании, так как тяжело болен и находится в больнице, его интересы представляет его компаньон Ильюшенко Богдан Иванович", - тот самый молодой незнакомец.
"Имеется решение полицейского ведомства о восстановлении в правах на имущество ранее длительное время отсутствовавшей Лидии Ивановны Шеффер"... - как ей удается только сохранять ледяное спокойствие здесь? Совсем не такой была она всего несколько часов назад с ним наедине - извивающейся от желания, жаркой, как сама их порочная страсть. Григорий отогнал от себя неуместные здесь и сейчас мысли.
"Прошу признать недействительной как совершенную моим сыном Червинским Григорием Петровичем с превышением предоставленных ему мною полномочий сделку по передаче в залог поместья Червинка для получения кредита в банке"... - отец.
Григ опустил глаза, не выдержав отцовского взгляда.
"Представляю интересы своей сестры Натальи Александровны Дорошенко, имеющей права на поместье Шеферовка, приобретенное ее супругом Григорием Петровичем Червинским в период их брака"...
Боже мой, да когда это все закончится?... Так мучительно стыдно! Вот когда пришла пора держать ответ за все содеянное...
"Нет, ещё не за все, - злобно нашептывал внутренний голос, - впереди уголовный суд по убийству Косача и по ордену"...
- Боже, ну почему меня не убили тогда, в том самом бою! Почему меня не задушил Алексей?
"Не желают ли стороны закончить дело мировым соглашением?" - стандартный вопрос, но сколько же в нем теперь смысла! Любыми путями всё закончить, только бы эта пытка скорее прекратилась. Вот совещаются между собой отец и Дорошенко - старший, вот к ним же присоединяется Шеффер.