- В Вашем имении после пожара полная разруха, если Вам все же что-то понадобится, только скажите мне.
- Благодарю Вас за заботу, Николай Александрович. Уж извините, в дом не приглашаю, - непонятно, чего было больше в этих словах Лидии, искренности, или сарказма.
Поплотнее завернувшись в накидку, она вышла из кареты, прибывшей в Шеферовку.
++++++++
Лидия долго стояла на крыльце своего имения, задумчиво глядя вслед давно скрывшейся за поворотом карете. В доме и вокруг него царила настоящая разруха. Конечно, за время, прошедшее после того памятного суда, что-то уже успели привести в порядок, но до прежней, такой привычной ей роскоши, было бесконечно далеко. Закопченные от дыма некогда белые колонны и стены, сломанная и разбитая мебель, кругом пепел... Такой же серый пепел, каким сейчас сплошь покрыта ее душа.
"И все же это мое место силы. И меня хватит на то, чтобы полностью здесь все восстановить. А может быть, постепенно получится восстановить и собственную душу".
Ласковый весенний ветерок играл кистями ее лёгкой накидки, заставляя вдыхать полной грудью казавшийся таким свежим вечерний воздух. Весенняя природа радовала глаз, сглаживая прошлое, заживляя раны.
"Вот я и дома... И я со всем справлюсь, ведь Шефферы никогда не умели по другому. Одна справлюсь..."
Она не заметила, что последние слова произнесла вслух, не почувствовала, как сзади к ней неслышно подошли.
- Вы не одна, пани Лидия, - услышала она знакомый голос. Обернулась, оказавшись лицом к лицу с Захаром. - Я по прежнему Ваш управляющий, ведь так? - пожалуй, впервые за несколько лет она обратила внимание, как искренне он умеет улыбаться.
Кивнув, подала ему руку, и они направились в дом. Лидия Ивановна Шеффер наконец-то вновь вернулась домой.