Другая жизнь
Предисловие
В начале была лишь пустота и в этой пустоте обитала сущность, владеющая безграничной силой.Эта сущность взяла себе имя Иери. Он не желал мириться с пустотой и создал четыре первородных мира, населив их разумными существами самых различных форм и видов.
Он хотел, чтобы все его создания сами выбирали свой путь и поэтому не вмешивался в их существование. Однако, он создал посредника, дочь света Алору. Чтобы она поддерживала миры в порядке и процветании.
У неё было достаточно для этого сил, но не хватило внимания к мелочам. Одни миры процветали, другие незаметно рушились.
Один из первородных миров погибал в голоде и Алора нечего не могла с этим поделать.
Видя это, Иери позволил своей дочери, по её просьбе, создать собственный мир,чтобы она заботилась лишь о нем, а затем забрал излишек ее сил и отдал их четырем эферналам, созданным ей на замену.
Свет - хранитель силы создателя, наблюдал за другими эферналами и был сильнейшим из них.
Холод - хранитель спокойствия и терпения, удерживал Пламя - хранителя войны и справедливого гнева.
Жизнь следил за всем живымВо всех мирах и не имел своего противовеса пока не появился Смерть.
Эфернал жизни явился в голодающий мир, где им была избрана Наска - первая хранительница жизни. Наска спасла свой мир, она делала очень много добра и, в конце концов, другие жители объявили её богиней, забыв того, кто на самом деле дал им дар жизни
В один момент, из-за собственных опрометчивых решений , она пропала, оставив после себя лишь сына. И хоть никто не знал его отца, мир принял сына Наски и нарёк его Наскарием, наследником жизни.
Эта история - про него
Летописец
Най и Ками
Грохот камней и досадный вскрик ознаменовали то, что голубое чешуйчатое тело покатилось вниз по скале.
Падение было недолгим, но закончилось болезненно: недовольная морда небольшого дракончика с силой уткнулась в землю, из-за чего он набрал полный рот травы и почвы.
Пару секунд он просто лежал, не двигаясь, слушая тишину и пытаясь понять, обнаружили ли надоедливые няньки его пропажу. Но, похоже, обошлось.
Вставая, Най одновременно отплевывался и оглядывал местность - небольшую полянку, поросшую травой и окружённую белыми скалами со всех сторон. Наверху виднелись старые стены того здания, откуда Най и сбежал.
На самом деле, покинуть храм матери было не так уж и сложно, но лишь на короткое время. Тяжело быть наследником хранительницы жизни, если его не будет слишком долго, такая паника поднимется...
Дракончик облегчённо вдохнул свежий утренний воздух и его яркие жёлтые глаза блаженно закрылись.
Тишина. Никаких воспитателей, учителей, паломников, что ни секунды не давали продохнуть, иногда приходя даже по ночам. Лишь лес и какие-то немного странные, почти белые скалы - новое место оказалось тихое и красивое.
Однако, блаженное безделье продлилось недолго. Слух уловил какой-то шорох, треск ветки и чье-то сдавленное испуганное дыхание.
Най быстро открыл глаза и оглянулся на эти звуки, но нечего не увидел, все тот же лес чуть ниже, все тот же храм чуть выше и все те же белые скалы на уровне глаз.
Однако, стоило приглядеться внимательнее, как он уже сам испуганно задышал: одна из скал вдруг... открыла глаза. Эти небольшие зелёные глазки любопытно и пугливо смотрели на свалившегося с неба дракончика.
- Здравствуйте... - тихо прозвучал девчачий голос, и перед скалой сгустился странный силуэт. К огромному удивлению Ная, незнакомка тоже оказалась драконом, причём таким же детёнышем, как и он сам.
Незнакомка оказалась вполне милой девочкой, покрытой чешуей красивого темно-фиолетового цвета. Но первым в глаза бросался белый каменный шлейф, что начинался подобием клюва на носу и шёл полосой вдоль всего её тела.
- А ты... откуда упал? - спросила эта девочка , явно слишком сильно стесняясь, чтобы начать разговор со знакомства. Наска́рия эта стеснительность и глупый вопрос рассмешили.
- А откуда можно упасть? Сверху, - ответил он, улыбнувшись, - я живу немного выше. И я - Най. А ты?
- Ка́ми.
Зелёные глаза опустились вниз, но совсем ненадолго.
- Я не здесь живу, но часто тут бываю. Папа меня послал собрать растений, а здесь все как раз и растёт. Хотя, зачем я тебе всё это расказываю? Самого, наверное, родители послали...
Девчачий голос вдруг стал грустным. Най этой грусти не понял, но немного обиделся:Он впервые говорит со своим сверстником, а разговор опять идёт в сторону его самой ненавистной темы.
- Нет у меня родителей. Отца вообще никогда не было, мама бросила одного, даром, что "великая".