Терр взял с тарелки косточку и замахнулся.
— Итак!
— А-а-а! — Завопил п, отшатываясь от косточки, которую Терр начал подносить к нему. — Мама. Ма-ама-а!
— Я не мама.
Кити хлопнула себя по лбу. "О, боже! Вот так и будет каждый день?" спросила себя она, и сама же ответила.
Ночь была не менее веселой. Терр все же улегся на нижней полке. И вскоре уснул. А п засыпать не собирался. Он с невозмутимым видом лежал головой на подушке и думал.
Он грыз кончик одеяла и задумчиво смотрел на луну. Что же было в его голове? О чем он сейчас думал? Никто не знал, кроме него самого. Одинокий сирота, все время думающий. Как и Терр. Только тот еще и старался быть веселым.
В подтверждение своей теории Кити бросила взгляд на бывшего педагога, но теория показала обратное. п казался задумчивым и мрачноватым, но он мило улыбался при приятных мыслях. Терр крепко спал, но его лицо было грустным. Рот был приоткрыт, глаза закрыты. Но брови были печально приподняты. Казалось, будто он плачет во сне, но не хватало слез.
Кити стало его так жалко, что захотелось погладить и приласкать. Возможно, во сне и показываются его воспоминания.
— Кити. — Шепнул п. — Спи, давай!
— Не могу. — Ответила она. — У меня болезнь.
— По глазам понятно. Спи, кому сказал!
— Не хочу.
— Уже не хочешь?
— И не могу.
п, вздохнув, слез со своей полки, встал и уткнулся подбородком в матрац перед лицом Кити.
— Не хочешь спать?
— Неа.
п вздохнул.
— Только Терру не говори. Хорошо?
— Вы о чем?
п нежно, как родственник, поцеловал Кити в щеку и погладил по голове.
— Поймешь. — Прошептал он. И неожиданно запел.
Кити не знала этой песни, но это была колыбельная. Она была на каком-то красивом языке, слова вытекали одно из другого, как ручей. Кити слушала. Она не знала перевода и вообще названия этого языка, но почему-то ей представлялась история о большом сиреневом драконе и девушке, в которую он влюбился. Как он ее любил, и как она его боялась. Но один раз девушка поняла этого дракона и спасла его от рыцаря. И тогда он забрал ее с собой путешествовать по миру.
Кити не дослушала конца и не заметила, как уснула. И ей приснилась эта история. Только она была ангелом и наблюдала за всем со стороны. Это было в красивой долине с большим озером и замком на горе. У принцессы были шелковистые волосы и пышное розовое платье с кружевами.
Все это было настолько красиво, что Кити сначала подумала, что это реальность, а потом и вовсе не захотела просыпаться. Но ночь — есть ночь. А утро — есть утро. Кити, как обычно, проснулась поздно, часов в 12. Она еще долго лежала в кровати, пока не захотела есть.
Она тихо слезла с полки и обнаружила, что в купе только спящий Терр. Больше никого. Терра она будить не стала, а просто взяла чайник и сделала себе чай. Затем, вытащив из одной из сумок кекс, раскрыла его и поставила на стол.
"Ну вот и все. Осталось только взять стеклянную бутылку, шапку ушанку и расстроенную гитару для полной картины" внутри себя усмехнулась она.
Терр перевернулся на спину и, потянувшись, протяжно зевнул. Приоткрыв один глаз, он взглянул на Кити и улыбнулся.
— Доброе… доброе… — это он шептал, пытаясь сказать в слух. Наконец, прокашлявшись, он заговорил. — Доброе утро, Кити.
— Доброе. Что, ангина замучила? — Кити взяла вскипевший чайник и залила в большую кружку с ложкой растворимого кофе.
— Ох, да. Такого у меня не было давно. — Прохрипел он, поднимаясь. — О, спасибо за кофе.
— Не за что. — Ответила Кити, заливая туда молока. — Сахар сами кладите. А то я всегда 4 ложки кладу.
— Да-да… я сам. — Терр взял ложку и сахарницу. — Скажи, Кити.
— Да?
— А эта ваша организация… она какая?
Кити улыбнулась.
— А это будет сюрпризом.
Наконец вернулись п и Кодоку. Они так увлеченно беседовали, что не хотелось им даже мешать. Даже мне, автору.
Но Кити была собой всегда.
— Так… попрошу всех сесть. У меня дело к вам есть одно. — Сказала она.
— А? — Кодоку оторвался от собеседника. Заметив, что Кити взглядом указывает ему на будущих лидеров, он улыбнулся.
— А что случилось? — с интересом спросил п, садясь на полку Терра на самый краешек.
— Так… — Кити достала из сумки конверт в формате А4. В конверте было две прорези. Одна была в середине, другая — снизу. Они были прямоугольные. Затем Кити достала ручку, которую так любила за яркость синего оттенка. — У меня просьба к вам обоим, так как вы оба новые в нашей организации. Вы должны расписаться здесь. — Кити положила ручку с конвертом на стол. — Дитер распишется в верхнем прямоугольнике, а г-н Терр — в нижнем. Но… — Кити остановила п, потянувшегося к ручке. — Сначала вы должны поклясться, что не будете отрицать условий, которые находятся в конверте.