Я продолжала регулярно рассказывать о достопримечательностях разных стран (сама нарвалась). Хорошо хоть сидели мы теперь раздельно, но, похоже, ему это не особо помогало. Я уделяла ему не больше внимания, чем он мне, хотя от этого чувствовала себя совсем несчастной и одинокой. Не в силах бороться со своими чувствами, я продолжала смотреть на него, пусть издалека. В кафетерии и на автостоянке мне никто помешать не мог. А тут еще сны…
Никак не могу понять, почему он мне сниться. Сидеть с ним в одном помещении было для меня сущим адом: сердце выскакивало из груди, дыхание сбивалось, а когда все же поглядывала на него, начинала, чуть ли не краснеть, чего в принципе не умею.
Зато армия поклонников, особенно Крис, радовались. Его сложившаяся ситуация полностью устраивала. Он очень боялся, что после аварии я начну восторгаться Габриелем, и вздохнул с облегчением, поняв, что все совсем не так. Теперь перед уроком он запросто подсаживался ко мне, и мы подолгу болтали. Зато у него появился другой, по его мнению, соперник — Эш. Мы почти все занятия географии ухитрялись разговаривать, сидя на первой парте. Эш оказался очень интересным парнем. Ему тоже нравилось все, о чем я рассказывала, но некоторые из этих достопримечательностей он видел лично. Так, например, он был в Париже, Венеции и Риме, но не был в Москве и Берлине.
Я как могла, держала их на расстоянии, не давая лишних поводов. Но они настойчиво за мной потихоньку ухаживали, что просто сводило меня сума.
В первые выходные декабря я решила полазить в интернете для удовольствия, но опять подумала о Габриеле. И очень захотела разобраться в своих чувствах к нему, заодно выяснить кто он такой.
Уже не раз думая над этим я пришла к некоторым выводам: он не мог также как и я принести свои способности с того света, потому что такие люди не бледнеют, не леденеют и продолжают есть и пить. Значит это что–то другое.
Я включила компьютер и залезла в интернет. Я набрала в строке поиска «бледный, холодный», так как посчитала, что это то, что нас отличает. В итоге мне предложили несколько тысяч сайтов, причем на первой странице оказались наименее нужные. Любая информация о фильмах, ролевых играх, тяжелом роке, даже специальной косметике для готов и дизайне. Но почти все были про вампиров: книги, легенды, фильмы и даже мультики. Я еще долго тупо смотрела на экран.
Я даже не могу описать свои ощущения в тот момент. Пустота. Вот что значит шок! Через какое–то время пустота сменилась паникой. Я, конечно, рассуждала на эту тему, но никогда не думала, что могу столкнуться с чем–то подобным. Это не может быть правдой, иначе бы их уже давно раскрыли.
Я очень захотела, чтоб это оказалось не правдой. Я стала внимательно читать статьи, ища опровержение моей догадке, ведь он мог оказаться и таким как я.
Интересный сайт «Вампиры от А до Я» почему–то находился на третьей странице. В качестве ознакомительной информации предлагались две цитаты:
«В темном мире, населенном демонами и призраками, нет никого ужаснее, страшнее и, как ни странно, обаятельнее вампиров. Они не относятся ни к призракам, ни к демонам, однако обладают не меньшей колдовской и дьявольской силой».
Преподобный Монтегю Саммерз.
«Если чему–то в этом мире и существует достаточное количество доказательств, так это вампиризму. К вашим услугам официальные заключения, письменные показания знаменитостей, врачей, священников, судей — больших доказательств и не требуется. Пусть так, но покажите мне хоть одного человека, который верит в вампиров!»
Руссо.
Ниже в алфавитном порядке приводились истории о вампирах, собранные по всему миру.
Я внимательно читала истории, выискивая информацию, которая напоминала бы правдоподобную.
Я прочитала пару ссылок, в которых нашла главные качества, замеченные мной: бледный, холодный, быстрый, сильный, не употребляет человеческую пищу, обладает увеличенным слухом, зрением и обонянием, либо не появляется на солнце, либо носит ювелирное украшение с черным сплавом, похожем на камень.
Вот значит, зачем это кольцо. Вот почему мне не однократно казалось, будто он слышит, что мы говорим, находясь на другом конце зала. Вот почему он не может меня терпеть — меня посадили слишком близко, ведь до этого с ним никто не сидел.
И тут до меня дошло, что нормальный человек бы уже визжал от страха, а я тут сижу и рассуждаю! Когда я думаю о нем, его голосе, гипнотизирующих глазах, грациозной походке, я не желала ничего, кроме как быть с ним. Даже если… нет, не буду об этом думать.