Л. Троцкий вспоминал, что по какому-то поводу заметил Ленину:
«— Надо бы это записать, а то потом переврут. Он с шутливой безнадежностью махнул рукою: — Все равно будут врать без конца».
Глава 14
«Всякий боженька есть труположство»
Ленин убил много народу, но он помогал строить церкви.
«Снял крест и бросил его в мусор». По свидетельству сестры Ленина Анны, отец их семейства, Илья Николаевич Ульянов был «искренне и глубоко верующим человеком и воспитывал в этом духе детей».
Как и полагалось в верующей семье, спустя несколько дней после рождения, 28 апреля 1870 года, Владимир Ильич Ульянов принял православное крещение. В гимназии он имел круглые пятерки по Закону Божьему. До 16 лет подросток вместе с родителями принадлежал к симбирскому религиозному Обществу преподобного Сергия Радонежского.
Считается, что толчком к разрыву Ульянова с религией стал следующий случай. Однажды, беседуя с гостем, Илья Николаевич пожаловался, что его дети плохо посещают церковь.
«Сечь, сечь надо!» — наставительно заметил гость, пристально глядя на Владимира.
Эта фраза так возмутила Владимира, что он выбежал из дому и в знак протеста тут же сорвал с груди нательный крестик.
Отвечая позднее на вопрос анкеты «Если вы неверующий, то с какого возраста?» — Ленин написал: «С 16 лет». Как писала Крупская, «вред религии понял Ильич еще пятнадцатилетним мальчиком. Сбросил с себя крест, перестал ходить в церковь. В те времена это было не так просто, как теперь».
По словам Кржижановского, Ленин как-то рассказал ему, «что уже в пятом классе гимназии резко покончил со всяческими вопросами религии: снял крест и бросил его в мусор…». Лепешинский передавал эту сценку еще более красочно: «Он порывисто снял со своей шеи крест, с презрением плюнул на «священную реликвию» и бросил на землю». В таком изображении — это уже не просто равнодушное расставание с угасшей верой, а настоящее богоборчество: нечто вроде «оплевывания дьявола», только наоборот.
«Кокетничанье с боженькой есть невыразимейшая мерзость». Сама мысль о Боге вызывала у Ленина нестерпимое, почти физическое отвращение. В своих заметках о Гегеле он, между прочим, восклицал: «Бога жалко! Сволочь идеалистическая!»
Между двумя революциями многие большевики увлеклись идеями богоискательства. Ленин, конечно, резко выступил против подобных поветрий. Свою линию он называл «антибожественной». Владимир Ильич яростно обличал «мещанскую, филистерскую, трусливую терпимость к учению о леших, домовых, католических святых и тому подобных вещах». Высмеивал любые споры о Боге — как «споры между человеком, верящим в желтого черта, и человеком, верящим в зеленого черта».
Не соглашался с богоискателями и Максим Горький. «Богоискательство», — писал он, — надобно на время отложить, — это занятие бесполезное: нечего искать, где не положено. Не посеяв, не сожнешь. Бога у вас нет, вы еще не создали его. Богов не ищут, — их создают».
У Ленина эти рассуждения Горького вызвали бурю негодования. «Богоискательство, — писал он Горькому в ноябре 1913 года, — отличается от богостроительства, или богосозидательства, или боготворчества и т. п. ничуть не больше, чем желтый черт отличается от черта синего… Всякий боженька есть труположство — будь это самый чистенький, идеальный, не искомый, а построяемый боженька, все равно… Всякая религиозная идея, всякая идея о всяком боженьке, всякое кокетничанье даже с боженькой есть невыразимейшая мерзость…»
Получив это послание Ленина с его страстными рассуждениями о Боге, Горький, по его словам, написал в ответ: «Владимир Ильич, Ваш духовный отец — протопоп XVII века Аввакум, веривший, что дух святой глаголет его устами, и ставивший свой авторитет выше постановлений Вселенских соборов».
После этого резкого обмена мнениями Горький перестал отвечать на письма Ленина, и они не встречались вплоть до сентября 1918 года. «У меня, к сожалению, — писал Владимир Ильич в 1916 году, — порвалась отчего-то переписка с ним…» «Горький, — замечал он тогда же, — всегда в политике архибесхарактерен и отдается чувству и настроению». Еще раньше Владимир Ильич высказывался о Горьком с исчерпывающей прямотой: «Это, доложу я вам, тоже птица… Очень себе на уме, любит деньгу… Взобрался на литературный Олимп, на котором и кочевряжится и с высоты которого ругает направо и налево и грубо оплевывает всех и вся… Великий фигляр и фарисей, по русской поговорке: «Спереди благ муж, а сзади всякую шаташеся»… Впрочем, человек он полезный, ибо, правда из тщеславия, дает деньги на революцию и считает себя… «преужаснейшим» большевиком…