- Нам, может быть, но Павел-то всего сороковой. – покачал головой орк так, словно озвучивал какую-то мою врожденную патологию. – Рыбольвов и ракопсов я не боюсь, их мы легко свяжем боем, а вот котокрабы – прыткие ребята. И клешни у них – точно ножницы. Зазеваемся – и они порежут нашего заказчика на ленты. Не хочу рисковать. Начнем лучше с долины. Заодно разогреемся и проверим наши силы. Вот только не надо кривится, - отреагировал палач на кислую физиономию напарника. – Нам в любом случае пришлось бы заглянуть в долину. Для любви Моники клиенту надо победить как можно больше химер разных видов. А в долине их расплодилось изрядно.
Перечить палачу будет только безголовый, поэтому, чего бы не хотел лично ДанкиШон, он был вынужден подчиниться. Я же для себя еще до этого решил молчать в тряпочку, что бы не придумали эти двое. Решил довериться, так сказать, профессионалам. По крайней мере эти парни очень сильно пытались быть на них похожими.
По пути в долину меня ждал короткий, но емкий, экскурс о том, к чему сводятся действия, и где находится место заказчика в отряде наемников. Спойлер. Оно находится в глубоком тылу. Приятным совпадением оказалось то, что где-то там же было и место мага поддержки или дебафера в любой боевой группе. Что же касается действий, то вкратце мне отводилась роль палача. Без шуток. Двое наемников должны были атаковать и завязывать на себе бой со встречаемыми нами монстрами. Ранить их и изнурять. Я же должен был все это время следить за здоровьем врагов и, когда бы у них оставалось не больше десяти процентов, разить их двумя-тремя быстрыми ударами.
В теории все всегда проще, чем в действительности. На деле моя скверно прокачанная ветка боевой магии слегка подпортила нам первоначальный план, но не сильно. Вместо двух-трех ударов, пришлось довольствоваться пятью-шестью. Ведь самые быстрые магические заклинания – почти всегда самые слабые. Да и боевой арсенал у меня был не такой уж и богатый. Для добивания монстров я пользовался только “стрелами праха”, “иглами боли” и “копьем мрака”, заклинанием из моего посоха. Пару раз попробовал использовать “огненную стрелу”, но это заклинание было из другой школы магии и сжирало просто прорву маны. Из-за минимальной отдачи от связки “затраты – результат”, от дальнейшего его использования пришлось отказаться.
К слову, применять проклятья или ритуалы мне запретили. Пог сказал, что мы прибыли сюда не затем, чтобы прокачивать мои скилы, а значит будем пользоваться более простым и проверенным способом. Кроме того, уже на поле боя, я понял, что использовать проклятья не было никакого смысла. Зачем ослаблять противника, если уже через три секунды парочка с двуручными мечами и секирами превращали его в едва живого доходягу, которого только и оставалось, что добить. Оставалось, кстати, мне.
Запрет на ритуалы тоже имел несколько причин. И основной было время, затрачиваемое на обряд. Кроме того, наемники не хотели рисковать, ведь некоторые мои ритуалы могли перетащить внимание монстров с них на меня. А другие ритуалы, вроде “хоровода голодных душ”, были слишком объемны и могли стянуть на нас такое количество врагов, что не справились бы и ПогЧамп с ДанкиШоном.
В общем, как я уже говорил, все свелось к монотонной и кровавой работе палача на следующий день после неудачного переворота в королевстве. Образно говоря, двое моих помощников подводили ко мне ослабевшего после схватки мятежника, а я опускал на него свой топор. Пока я вновь подымал оружие, помощники тащили уже следующего мятежника. Надо ли говорить, что такая “работа” мне быстро надоела.
Естественно, все это произошло потом, а поначалу я с открытым ртом слушал наставления командира наемников и глазел на всех встречаемых нами монстров. А посмотреть там было на что. Кабаны, что бегали словно пауки, на огромных тонких суставных лапах; крокодилы, рассекающие в метре над землей, жужжа своими прозрачными стрекозьими крылышками; кони, чьи конечности заканчивались не копытами, а мягкими подушечками лап, которые явно скрывали в себе звериные когти. Первое время меня не покидало чувство, что мы попали в зоопарк к какому-то психу, что в припадке бешенства разрубил всех животных на части, а потом, когда вновь обрел рассудок, захотел замести следы, но не вспомнил, какие части принадлежат какому животному. Все это смотрелось жутко дико, особенно для паренька, который вырос в лесу и часто видел многих из этих зверей в их стандартной комплектации.