- Третий заход придется начинать заново. Из-за вашей оплошности мы потеряли время. Ресурс, которого у меня почти нет. – строго выговорил им я. - И потеряем еще больше. На мне дебаф послесмертия, а плиты с вещами ждать еще час.
- Не обязательно. – возразил палач. – За вещами мы можем пойти прямо сейчас, одновременно проходя данж. Характеристики понижены на двадцать пять процентов? Подумаешь, ты все равно в боях почти не учувствуешь. Ну будешь добивать химер чуть дольше, делов-то. А от тряпок твоих все равно защиты почти никакой нет.
- Кстати, вещи твои мы могли притащить прямо сюда, - продолжил за командира ДанкиШон. – Если бы ты дал нам допуск к твоему надгробью. Но на сообщения ты не отвечал, так что мы побежали прямо сюда, смотреть, не случилось ли с тобой чего.
Я глубоко вздохнул, пытаясь унять разнуздавшиеся эмоции. Не стоит срывать злость на тех, кто мне помогает. Пускай не бескорыстно и не всегда удачно. Других соратников у меня нет.
- Я в порядке. – заявил я, поднимаясь на ноги. Ноги и вправду больше не дрожали. – Можно снова приступать к делу.
- В таком виде? – улыбнулся ландскнехт, показывая взглядом на единственный элемент моей одежды. – Вот, хотя бы штаны надень. – протянул он мне мои же бриджи. – Выпали из тебя со смертью. Вместе с этим ножичком.
Одними штанами дело не обошлось. ПогЧамп опять заставил меня пить зелья. И где он только носит все эти бутыльки? Судя по тому, сколько я их сегодня уже опорожнил, за ним должен таскаться настоящий фургон, собранный исключительно из стеллажей для бутылок.
Пока я давился низкосортным пойлом, арка возрождения внезапно выплюнула еще одного бедолагу. Кацена дымчато-серого окраса с такой густой шерстью, что ему даже исподнее было не нужно. Тем не менее он в нем щеголял.
- Игого тимейты! – оскалил разумный кошачьей породы клыки, видимо ругаясь. – Дали мне умереть!
- Подумаешь. Не переживай. – не смог смолчать на это Осел. – У тебя ведь еще целых восемь жизней осталось.
Повторный третий заход в подземелье получился у нас самым долгим. Мы пробирались вперед по коридорам медленно и не спеша, перестраховываясь там, где надо, и где не надо. Даже после того, как отыскали мою плиту, и я снова получил назад свои вещи, мы не особо ускорили шаг. Войти на второй этаж, стало лично для меня целым испытанием, но и после того, как я с честью его прошел, меня все равно постоянно преследовал страх. Испытать, то что мне довелось прочувствовать в этих коридорах совершенно не хотелось. На счастье, химера с цветком вместо головы в тот день нас больше не потревожила.
Несмотря на старания команды реабилитироваться в моих глазах, я им больше не доверял. Наплевав на запрет ПогЧампа, я стал творить не только боевые заклинания. Главным образом для того, чтобы обезопасить себя от всяких неприятных сюрпризов. Первым делом, когда наемники сцеплялись с очередной химерой, я не стоял сосной, ожидая своей очереди к монстру, а приступал к рисованию знаков или пентаграмм. Вот только не доводил дело до конца, а оставлял незавершенным последний штрих, чтобы в случае опасности активировать ритуал за одну секунду. В основном это был ритуал каменного стража или теневых гончих, зависело это от монстра, с которым в тот момент боролись мои телохранители.
Кроме того, во время переходов на языке у меня всегда вертелось “проклятье слепоты” или “оковы”. Шанс срабатывания проклятий на монстров, превышающих меня в развитии на десяток уровней, был примерно пятьдесят на пятьдесят, но это было лучше, чем ничего. “Оковы” же могли схватить кого угодно, но вот сколько они могли удерживать монстра, зависело от самого монстра. В моем случае и пары секунд будет достаточно, чтобы наемники успели перевести внимание химеры с меня на себя.
Конечно же парни замечали мои нашептывания и рисунки посохом на земле, но как-то останавливать меня или высказывать мне свое недовольство не стали. Видимо, догадываясь о том, какой у меня заготовлен для них в этом случае ответ. Орк ограничивался только ворчанием себе под нос, да и то лишь первое время. Человек вообще никак на мои причуды не реагировал.
На самом деле, фактически, я никак не нарушал договоренностей или правил, придуманных ПогЧампом. Я не использовал проклятий или ритуалов, я только готовился их применять. Но мы прошли подземелье в третий раз, потом в четвертый, а повода воспользоваться своими приготовлениями мне никто так и не дал. Наемники успешно ослабляли для меня химер, не подпустив ко мне больше ни одной.
Постепенно некоторая неловкость между нами исчезла. Пог вновь уверенно командовал нашей группой, покрикивая на меня, когда я, отвлекаясь на свои ритуалы, забывал о полосе здоровья химеры и пропускал тот момент, когда должен был вступать в бой. Осел снова беспечно врубался в монстров, сотрясая своды подземелья своими радостными криками, после каждой удачной атаки.