Зато она могла не спешить атаковать моего голема. Попробовать договориться или потянуть время. Но нет. Все чужаки решают проблемы только одним способом. Другое дело, что я вряд ли бы повелся на ее женские чары. Я не Осел. Но все же этот вариант был бы умнее, чем кидаться на каменного монстра в самоубийственной атаке.
К слову, продержалась под каменным прессом эльфийка неправдоподобно долго. Особенно если соизмерять ее скромные размеры, и размеры с массой тела моего стража. Все-таки разница в уровнях - это большое преимущество. Конечно, если разница в твою пользу.
Когда от девушки осталась только серая плита, страж остановил свой монотонно опускающийся кулак. Бить по плите голем не стал. Она была каменная, а обижать сородичей мой защитник не хотел. Вместо этого он обратил внимание на две зеленные ноги, торчащие у него из живота. Поначалу интерес его был чисто академический, лицезреть подобное ему, по всей видимости, еще не доводилось. Он даже потыкал в одно бедро своим пальцем и сделал самое задумчивое выражение булыжника, которое я когда-либо видел.
Так что мне пришлось снова брать дело в свои руки. Страж тут же поменял свой настрой и яростно взревел, стоило мне поразить одну из зеленых ног заклинанием из посоха. На ноги обрушились его кулаки. В основном его удары приходились по бедрам или заднице орка, но пару раз угодили в такое место, что у меня самого там все непроизвольно сжалось. Даже сквозь камни я отчетливо услышал орочий вой. Не знаю, какого животного он копировал в этот раз, но мне его даже немного стало жаль. Не желая больше смотреть на избиение беспомощного палача, я отвернулся в другую сторону.
У ландскнехта с рыцарем смерти все как-то затянулось. Осел явно превосходил своего противника в фехтовании, но имея такую защиту и количество очков здоровья, сколько его было у воина в черных доспехах, рыцарь мог смело игнорировать некоторое число пропущенных ударов. Сам же он чисто попадал по ДанкиШону хорошо если один выпад из семи. Вот только у последнего здоровья было поменьше, так что в их сражение наметилась вялотекущая ничья. Пришлось снова ему помогать.
Некоторые проклятья уже откатились, но использовать их я все равно не мог. Голем держал мой показатель маны на нуле. Благо, заклинания, встроенные в посох, не нуждались в дополнительной подпитке. “Замедление” не прошло, так что я снова наградил нашего последнего действующего противника “коррозией”, и на этом успокоился.
Когда ЛюдоРуб осыпался надгробием, ДанкиШон все еще гонял по коридору своего оппонента. Но вдвоем со стражем они быстро угомонили уже изрядно потрепанного рыцаря смерти. Рядом с его плитой тут же возникла большая куча камня. Надоело мне поддерживать жизнедеятельность этого истукана. Поймите меня правильно, я безумно благодарен каменному стражу за то, что он сделал. Его призыв оказался невероятно результативным. По сути он один переломил ход боя и вытащил нас с Шоном буквально из могилы. Но когда твоя полоска маны абсолютно пуста, внутри появляется жутко неприятное и какое-то скребущее чувство пустоты.
- А где шеф? – должно быть ландскнехт впервые отвлекся от своих противников для того, чтобы посмотреть по сторонам.
- Отлетел. – проинформировал его я. – Как и все, кто на нас напал.
- Жаль Пога. – Осел вглядывался в коридор, высматривая все надгробья, ненадолго появившиеся в этом подземелье. – Но мы все равно круты! Угодили в засаду и всех порубили. Вот, что значит профессионализм!
Опять его самовосхваление.
- Он крут. – заявил я, тыча пальцем в кучу камней. Но только для того, чтобы наемник не задавался и не повысил вдруг свои расценки на середине контракта. Его заслуг я нисколько не умалял. – А мы так, помогли ему немножко.
- Я имел ввиду всех нас, Павел. – слегка обидевшись, проворчал ландскнехт. – И тебя в том числе. Каждый из нас мастерски выполнил свою задачу. Ладно, пора уходить, если не хотим дать твоим друзьям второй раунд.
Наемник двинулся вперед по коридору, а я слегка задержался возле каменных плит, оставшихся после рыцаря смерти и истязателя.
- Что ты делаешь? – заметил мои манипуляции Осел.
- Собираю лут. – решил я поумничать словом чужаков. – Как вы там говорите? Трофеи священны?
- Не всегда. – покачал головой Шон. – Особенно если не хочешь нажить себе врагов.
- Эти ребята и так мне не друзья, если ты не заметил. – указал я на надгробья.
- Да, но так они еще больше разозлятся. И шанс, что они решат отстать от тебя, будет совсем мал.
- Да не переживай. – отмахнулся я от него. – Как по-твоему все началось?
Ландскнехт поперхнулся, но высказывать мне ничего не стал. А потом и вовсе рассмеялся. Тем не менее, сам он подошел только к одному надгробию. ПогЧампа. Собрав вещи вокруг плиты, он прикоснулся к самому камню, видимо по разрешению своего начальника забирая остальное. Я быстро обошел все оставшиеся.