Каким бы мощным заклятьем не запустил в насекомых здоровяк, накрыть всю армию врагов ему не удалось. Основное войско так и продолжало нестись на наши ряды. Даже несколько залпов от двух других, имеющих такое же вооружение, бойцов космического десанта не смогли остановить натиск жуков. Самое большее, что они смогли сделать, лишь немного задержать его и насколько сократить ряды вражеской армии. Несмотря на все старания, жуки достигли наших позиций. И начался подлинный хаос.
Все пространство разом заполнилось людскими криками, пронзительным визгом насекомых и мерзким скрипом хитиновых пластин. В воздухе мелькали хищные конечности жуков вперемешку со световыми разрядами боевых артефактов. И все это в непосредственной близости от меня. Захотелось наплевать на все и улететь куда подальше. Пусть даже на перерождение. А лучше всего прямиком в Атравель. Но инстинкт самосохранения имел на этот счет свое собственное мнение. Поэтому тараща от испуга глаза, точно удивленный тролль свои блюдца, и вопя в нужных местах, я принялся лихо уворачиваться от хитиновой смерти, посылая в ответ из своего артефакта лучи совсем не добра. Впрочем, если учитывать сколько урона приносили мои атаки, с тем же успехом я вполне мог посылать в бурые хитиновые панцири солнечных зайчиков. Огонь стекал по округлым бокам, оставляя на них ямы и рытвины, но большего ущерба не приносил. Жуки даже не морщились после моих попаданий, знай, только продолжали с маниакальным упорством пытаться нанизать меня на одну из своих лап. Тогда я постарался лучше целиться и сконцентрировать свой огонь на одном, желательно уязвимом, месте гигантского насекомого. Следуя этой нехитрой тактике, у меня получилось отчекрыжить воину роя одну конечность, но на этом дело закончилось. Сосредоточив свое внимание на атаке, я стал меньше уделять его обороне и, как следствие, пропустил удар. Впрочем, показывать чудеса ловкости и акробатики в этой специфической броне долго мне все равно не удалось бы. Я и так выжал максимум из этого тела, которое, только ради разнообразия, оказалось довольно стойким и тренированным.
Зря я ругал свои доспехи, удар по касательной от огромного насекомого они выдержали, обойдясь лишь вмятиной и длинной царапиной. Но вот от ускорения, переданного мне хищной лапой, броня меня не уберегла. При падении я здорово приложился о землю, так что даже пришлось несколько секунд приходить в себя. Когда я снова смог воспринимать реальность, картина, представшая перед моими глазами, оптимизма не внушала. На меня медленно, но неотвратимо, наползала тень, вместе с гигантским хитиновым телом, которое ее и отбрасывало.
Удивительно, что при таком падении я не потерял свой артефакт, мои руки по-прежнему сжимали боевое весло. Только воспользоваться я им не успел. Кто-то опередил меня бросив в насекомое камнем. Без шуток. Правда, в отличие от обыкновенного булыжника, этот почему-то не отскочил от бронированного панциря, а прилип на том самом месте, куда угодил. Я еще успел подивиться этому поступку неизвестного бойца и подумать, что своей пращей я бы камень лучше запустил, когда надвигающегося на меня жука вдруг разорвало на две части, а меня с ног до головы окатило какой-то голубоватой жижей. На несколько секунд стало очень тяжело не окатить жидкостью стекло шлема уже с внутренней стороны, но я удержался. Кое как оттер забрало от клейкой мерзости, не сильно улучшив тем самым себе обзор, и поднялся на ноги.
Признаться, в тот момент я был очень близок к тому, чтобы послать и рой, и весь космический десант, вместе с их дурацкой миссией, к лешему, который тут весьма вероятно даже и не водился. В крайнем случае, отправились бы к какому-нибудь скарабею. Вполне возможно, что я тогда бы и в самом деле развернулся и зашагал бы обратно к подножью холма, разбираться с надписями на шлеме. Если бы не увидел, как наш отряд атакует новый враг.
Больше всего эта тварь напоминала гусеницу, само собой, увеличенную во много раз. В высоту она была поменьше бурых жуков, зато в длину превосходила сразу троих таких, вставших в ряд друг за дружкой. Ее длинное, тошнотворно колыхающееся, тело поддерживали сразу насколько десятков лап с обоих сторон. Кроме этой функции, конечности гусеницы могли развивать довольно приличную скорость. Боюсь, что конному всаднику от такой твари не уйти.
Собственно, наверное, именно поэтому данная особь не атаковала наши позиции вместе с оравой жуков. Все то расстояние, что бежала до нас основная армия противников, многоножка преодолела за четверть минуты и на большой скорости врезалась в общую мясорубку. На мою беду, сделала она это аккурат на том участке, где находился я.