Монстр потащил меня на глубину, и мне пришлось прервать свой поток брани, который лился из меня, как пламень из Фаертрота. Перед глазами мелькнул таймер запаса воздуха. Видимо, будучи уже под водой, я все-таки успел пару раз ругнуться, потому что времени до удушья оставалось катастрофически мало. Не тратя его зря, я выхватил посох из инвентаря и разрядил его в рыбину. Сому мои потуги были до чешуи. Что нособивню иголка. Задыхаясь и действуя уже на одних инстинктах, я бросил посох, выхватил нож чернокнижника и, воткнув его в монстра, провернул тот самый фокус, что и с сатиром в Капустной Меееке. Должно быть, сом взревел. Из его пасти вырвался целый водоворот пузырей воздуха, а вмести с ними вырвалась и моя нога. Теряя сознание от удушья, я устремился вверх.
Мои легкие втянули в себя воздух с таким громким звуком, что, я думаю, его слышали даже в той маленькой деревеньке. Но долго упиваться его сладким вкусом я себе не дал. Монстр все еще был где-то подо мной, и своей выходкой я скорее его больше разозлил, чем напугал. Глянув по сторонам, чтобы определить к какому берегу плыть ближе, я внезапно увидел, что вынырнул прямо возле хвоевой игрушки. Мимоходом закинув ее в инвентарь, я рванул к суше. Страх придал мне прыти, и я буквально долетел до берега за пару секунд. Там меня уже ждала девчушка, правда мне она была рада не так сильно, как своей игрушке. Ну точно, как моя сестра. Вручив ей ее потерю, я в изнеможении упал на землю. Как я и подозревал, полоска выносливости была пуста.
Громкий всплеск привлек мое внимание. Над водой показалась огромная спина монстра. Сом еще некоторое время поплескался, носясь от берега к берегу, то ли в поисках удравшей добычи, то ли просто негодуя. Я же лежал на твердой и такой родной земле, читая новые строчки.
За выполнение задания я получил: незначительное повышение репутации в маленькой деревне, баф “Доброе дело” на день и два пирожка с вишней. Брать угощение у ребенка было немного совестно, но вспомнив, что девочка не предупредила меня о монстре, охранявшем ее сокровище, я без колебаний забрал все, что давали.
Оставшуюся часть пути до Саммервуда я проехал вообще без остановок, а на встреченных мной местных даже не смотрел. Два пирожка за смертельный заплыв, ну надо же! Уверен моя мать за волков дает несоизмеримо больше. Пирожков пять, как минимум. Ну а если серьезно, как правило местные показывают свою благодарность монетами, но откуда деньги у ребенка? А я еще ко всему и свой посох умудрился оставить на глубине, когда выхватывал нож. Одни растраты. Впрочем, мне простительно, я свою жизнь спасал. Что не простительно, так это награда за квест, что ни разу не перекрывает мои потери и затраченные на выполнение усилия.
К слову, выпечка оказалась действительно вкусной. Хотя до этого я пол дня ничего не ел, так что мне, голодному, и вяленное мной же волчье мясо показалось бы шедевром кулинарии.
Когда я наконец прибыл в столицу Шестого королевства, до заката оставался примерно час. Город и в ночное время довольно сносно освещался, и меня волновал вовсе не недостаток света. Скоро меня отзовут назад, в мир игроков. А я хотел сегодня закончить со своими делами в храме. То, что мне сразу же вернут мое тело, я само собой не рассчитывал, но надеялся хотя бы получить ответы на некоторые вопросы и определиться со своими дальнейшими действиями. Что мне вообще нужно сделать, чтобы вернуть назад свою жизнь? Вряд ли сами боги снизойдут до разговора со мной, но ведь их жрецы должны знать все, что знает их начальство.
Я вышагивал (прибыв в город, кошмара я отозвал, иначе пришлось бы платить за него немаленький налог), по таким знакомым улицам, но старался по сторонам головой не вертеть и ностальгии не предаваться. Глядя только вперед, я целенаправленно двигался к главному храму столицы.
Правда и тут меня попытались отвлечь. Звякнуло сообщение, и я неосознанно потянулся к нему взглядом. Ради разнообразия на этот раз письмо оказалось не от палача.
“Сообщение от главы вашего клана, ГаРоты
Крыс не жалуем. Аривидерчи.”
“Внимание!
Вы были изгнаны из клана “Темная сторона” с формулировкой “за крысятничество”. Кроме того, в тяжелые для клана времена, когда каждому его члену пристало сплотится со своими соратниками, вы отправились по своим делам и не отвечали на призывы вашего лидера.”