Поскольку Томас не шёл на контакт, я пыталась обсудить с Кристианом пути решения нашей проблемы, но перспективы были неутешительные. За Домиником стояла самая сильная во всех четырех королевствах армия. Поскольку ситуация с женщинами в Иберии была самая плачевная, а браки заключали только между истинными парами, то подавляющее большинство мужчин занималось военным делом. Дакия по-прежнему оставалось закрытым королевством, а военный союз с Галатией не поможет остановить иберийскую армию. Оставалось только предложить Доминику что-то ценное, чтобы умерить его оскорбленную гордыню.
После убийства королевы, которое было преподнесено как несчастный случай, Кристиан взял на себя организацию похорон и траурных мероприятий, поскольку новый король Арвада бо́льшую часть времени проводил, закрывшись в библиотеке. На все мои расспросы он уклончиво отвечал, что это нужно для решения государственных вопросов. Также, пару часов в день он уделял общению с советниками, при этом постоянно привлекал меня, объясняя это моим новым статусом королевы. Никаких дел государственной важности я решать не хотела, но Томас упорно настаивал на моём присутствии. В итоге, постепенно, я освоилась и даже иногда давала полезные советы.
Поскольку Аррон отсутствовал и чтобы не оставлять Томаса наедине со своими мыслями, я предложила ему ночевать вместе со мной и Кристианом. Он, конечно, согласился, но приходил далеко за полночь, когда я уже спала. Он просто ложился рядом и обнимал меня. И даже утром не заходил дальше лёгких поцелуев, при этом он смотрел на меня с нежностью и тоской. Создавалось ощущение, что Томас со мной прощается. Да и это мое присутствие на совете выглядело как передача дел. Все чаще и чаще он давал мне право самой решать вопросы.
Сегодня во дворце ожидали прибытия Доминика. Дальше тянуть было уже невозможно, и я решила серьезно поговорить с мужем. Как обычно, он нашелся в королевской библиотеке. Всё это время я не заходила сюда, давая Томасу возможность уединиться и собраться с мыслями. В зале библиотеки царил полный хаос. Повсюду были разбросаны раскрытые книги, с помеченными страницами. Муж сидел за большим столом, по всей поверхности которого были раскиданы листы с множеством пометок, и что-то записывал на одном из таких листов. Он был так сосредоточен, что даже не заметил моего прихода.
- Томас! Я бы хотела поговорить с тобой! - муж поднял на меня уставший взгляд и тихо проговорил.
- Не сейчас, Яна, давай через пару часов, мне нужно...
- Нет, сейчас! - я была настроена решительно. - Через пару часов прибудет Доминик! Надо подумать, что нам делать!
- Прошу тебя, давай оставим эту тему!
- Но, Томас! Почему ты не хочешь бороться? - на глаза навернулись слёзы, видимо, беременность сделала меня слишком чувствительной, или так проявлялась наша связь. Он встал из-за стола и, приблизившись, положил руки мне на плечи и заглянул в глаза.
- Яна, прошу, не расстраивайся! Я всё решу!
- Но...как? Почему не расскажешь?
- Тебе нельзя волноваться. - Томас провёл пальцами по моей щеке, смахивая слезинку. - И ты не должна забивать себе голову! Займись лучше последними прошениями, они лежат на столе в ...
- Ты что?! - перебила я мужа. - Собираешься согласится? - лицо Томаса застыло неподвижной маской.
- Предоставь этот вопрос мне и ни о чем не волнуйся! - Произнёс он через несколько секунд молчания, подталкивая меня к выходу. - Мне нужно ещё поработать!
- Но Томас! - я попыталась сопротивляться, но силы были не равны.
- Увидимся на церемонии приветствия! - он легонько коснулся моих губ и вытолкал за дверь.
Всё время до приезда короля я была как на иголках. Я не понимала, нашел ли Томас решение, или он просто меня успокаивал перед капитуляцией. Поэтому, когда мы оказались в зале для приема особо важных гостей, я уже была на взводе. Мы с Томасом сидели на высоких резных креслах по центру небольшого постамента. Кристиан и советники короля стояли неподалеку.
Резкий звук открывающихся дверей пронесся по залу и заставил меня слегка вздрогнуть. Первым шел Доминик. Позади него мой Аррон и двое охранников.
- Томас! Прими мои соболезнования! - без прелюдий произнёс король Иберии. - Эйвери была прекрасной женщиной. Жаль, что её путь так рано прервался. Но, думаю, ты будешь таким же достойным правителем своей страны.