– Только то, что имеет отношение к финансам, наследованию и титулованию. Личные подробности – где и как это получилось – нам неизвестны, да и не нужны.
– Можете вы рассказать мне то, что известно?
– Да, я пригласил вас сюда в том числе и для этого. В прошлом году вы стали совершеннолетним и получили наше извещение о том, что вы унаследовали титул и состояние рода Блэков…
– Я ничего не получал, – поспешил сказать Арктур. – Мне об этом рассказал Дамблдор. Он сказал, что я унаследовал состояние Блэков по завещанию крёстного.
– Вот, значит, как… Мистер Трэверс-Блэк, ваш так называемый крёстный был отлучён от рода и потому не мог завещать вам то, что ему не принадлежит. Вы вступили в наследие Блэков по праву крови и магии. Если бы не было вас, наследие приняла бы Беллатрикс Лестрейндж, но родовая магия выбрала вас, потому что миссис Лестрейндж перешла в другой род. На самом деле вы – внебрачный сын Сириуса Блэка.
– Как?! – в бесконечном изумлении пробормотал Арктур.
– Мы не знаем, как именно, но с тех пор, как с вас сняли личину, наши гобелены показывают именно эту родственную связь. Можете посмотреть это на своём родовом гобелене, он у вас наверняка есть.
– Вы и это знали, когда мне было полтора года?
– Нет, мы узнали это на днях. До того, как юного Поттера заменили на вас, у нас не было никаких причин интересоваться вами, а подмена скрыла эту связь, заменив её на родословную Поттеров. До недавнего времени мы знали только то, что вы чей-то другой ребёнок. Не знаю, как это получилось, но вы родились в один день с настоящим Гарри Поттером.
Арктур вспомнил подслушанный разговор и догадался, как это могло получиться. С гоблином он, разумеется, своей догадкой не поделился.
– Тогда почему я ещё и Трэверс?
– Джошуа Трэверс женился на вашей матери и усыновил вас. Вы его приёмный сын и имеете право на его фамилию.
– Скажите, он еще жив?
– Да. А ваша мать, к сожалению, давно мертва, – гоблин сказал «к сожалению» равнодушным тоном, не особо скрывая, что всего лишь использует общепринятую формулировку. - Поэтому сейчас вы являетесь главой рода Блэков и наследником рода Трэверсов. Если у вашего приёмного отца появятся кровные дети, они будут иметь преимущество перед вами в наследовании.
– И кто же я тогда, Блэк или Трэверс?
– Вы можете представляться любой из этих фамилий, а также двойной. В документах вы должны именоваться двойной фамилией, в родовых ритуалах – фамилией того рода, с которым связан ритуал. А теперь, когда мы разобрались с вашим происхождением, давайте перейдем к вашим финансам.
Голдграббер с удовольствием произнёс последнее слово и выжидающе посмотрел на Арктура.
– Я вас слушаю, – сказал тот.
– Разумеется, мы в равной мере соблюдаем интересы всех своих клиентов, – продолжил гоблин, словно и не ожидал ничего другого. – Но сверх этой равной меры мы разделяем клиентов на бесперспективных и перспективных. Вас, мистер Трэверс-Блэк, мы еще не записали в бесперспективные клиенты и надеемся записать в перспективные.
Голдграббер снова выжидающе посмотрел на Арктура, и тот понял, что теперь общей фразой не отделаешься.
– И чего вы от меня ожидаете, чтобы я стал вашим перспективным клиентом?
– Пока вы удовлетворяете начальным требованиям, мистер Трэверс-Блэк. Вы обладаете достаточным капиталом и проявляете достаточное благоразумие во время нашего собеседования.
Арктур только усмехнулся про себя. По его нынешнему суждению, он слишком долго был неблагоразумным и это плохо для него кончилось. Или он еще не опоздал изменить всё к лучшему?
– Раз вы упомянули о начальных требованиях, есть и дополнительные? – видно, так и придётся отдать эту компенсацию за вторжение в банк.
– Да, разумеется. Идеальный клиент для нас – тот, который тоже стремится сберечь и приумножить своё богатство. Мы не требуем, чтобы он разбирался в банковском деле – это наша работа, а от клиента достаточно, если он не будет мешать нам. От него нам нужно доверие к нашей работе и разрешение вкладывать его деньги в оборот на наше усмотрение. Мы работаем за процент от прибыли клиента и кровно заинтересованы в том, чтобы его капитал приносил её.
– Понятно. Не транжирить, не совершать финансовых глупостей, не лезть в ваши дела, в которых я не разбираюсь, и предоставить вам полное управление моими финансами. В ответ вы будете заботиться о том, чтобы мои финансы приносили наибольшую прибыль. Мне и, соответственно, вам. Я правильно вас понял?
– Абсолютно. Нам гораздо легче работать, если клиент не вмешивается в наши финансовые решения. К сожалению, у нас достаточно клиентов, которые сначала лучше знают, как распорядиться деньгами, а потом предъявляют нам претензии за убытки.