В свои шестнадцать Игорь был очень взрослым. Для него, что с бандитом разговаривать, что с профессором. Казалось, у него за плечами, вот такенный жизненный опыт. — Сергей широко развел в стороны руки.
— Профессорм?
— Когда увлекся микробиологией, переписывался, потом даже подружился с некоторыми, на лекции к ним ходил… Я с ним, тоже…
— И все, так легко обошлось? — спрашиваю.
— Думаю, за него заступились, все-таки в тех кругах его хорошо знали. Да… Что еще? Про детство, вроде… Никогда не курил, не пил… в смысле, — до двадцати пяти. Может вина, и-то чуть-чуть, на праздники.
Закончили школу, поступили в наш институт. Игорь забил на учебу совсем. Как, он продержался три курса?.. Весь ушел в бизнес. Возил, помнишь, сигареты "ЛМ" — были такие. Вот он их вагонами по всей стране… Кидали несколько раз, но разгребался как-то, парень не глупый… Относительно легко заработал первый капитал. Потом уже, когда с матерю переехал в Белоруссию, все вложил в древесину. Купил несколько лесопилок; доски гнал к нам, да и по всему СНГ. Потом перепрыгнул на металл. Несколько лет жил в Украине: Донецк, Днепропетровск, Киев. Зарабатывал тогда много. Было шесть пайщиков, у всех равные доли: вложили свои, взяли кредиты, что-то в аренду, что-то купили… в общем, было несколько заводов по прокату, плюс, гнали металл отовсюду и Китай и Америка, торговали всяким.
Игорь купил дом, несколько машин, женился. Сын у него родился…
Я вспомнил мальчика в переходе: — Даниил, — спрашиваю.
— Данька, да… Откуда знаешь?
— Догадался. Что дальше?
— А потом этих ребят начали отстреливать. Остался Игорь и еще один, сейчас главный в конторе. У них все забрали. Осталось только направление по импорту, и его бы отняли, но там все держалось на Игоре и его партнере: связи, договора; ВЭД — это сложно, а если еще и в таком масштабе…
Их оставили в покое.
— Забавно… — говорю.
— Что забавно?
— Игорь кому-то что-то отдал? Вот так, взял и отдал? Вроде, человек не из тех кого можно испугать?
— Значит другого выхода не было. — Сергей задумался, потом добавил: — И ты не прав, у каждого своя ахиллесова пята. Его испугали, именно испугали. Не за себя конечно, за семью боялся… Машину сожгли, дом расстреляли, так, для острастки. Его и семьи тогда в доме не было.
Но ты не переживай, не бедствовал. Ему хватало.
Созванивались, он как всегда был веселым, оптимистичным. Помог мне с деньгами. Ты помнишь, после института, еще четыре года не знал куда приткнуться; Игорь научил, показал, рассказал…
Всегда хорошо водил машину: хорошая реакция, чувствует ее. Раньше, вообще, гонял как сумасшедший… А на мотоциклах, как гоняли… Помню, шпарим и бутылка на дорогу вылетает… Покурим?
Я взял пачку со стола, оказалась пустой.
Сергей засмеялся:
— А ты думал?..
Я сходил в палатку за сигаретами, захватил за одно и пива. Сел на прежнее место, подкурил Сергею, закурил сам.
— Что дальше? — спрашиваю.
Сергей затянулся, посмотрел на небо, пустил вверх струю дыма. Помолчал.
— Да, хорошо водил, но… Тонут, как раз те, кто умеет плавать, — чуть подумав, продолжил:
— Ехал с семьей, к родителям жены. Он в пригороде Минска жил, а они в: "Марьина Горка" — город такой — название интересное. Запомнил.
— И что? — Поторопил друга, а-то опять задумался.
Очнулся, и как-то нехотя:
— Нарушил правила, пересек сплошную, и в КамАЗ… Жена с ребенком насмерть, а он выжил. Пока лежал в больнице мать его умерла. Всех я хоронил, — он пол года в реанимации… Вот, с этого момента, того Игоря, которого я знал — не стало.
Сергей замолчал, закрыл глаза ладонью, размял кожу вокруг глазниц и на лбу.
— Жарковато, да? — спросил он.
— Не сказал бы, наоборот хмурится. Будет дождь.
— Пойдем, я умоюсь.
— Полотенце брать?
— Да я, только лицо обмыть… или поплаваем? Правильно, давай искупнемся…
Пришли на берег, разделись. Сергей привлек мое внимание, кивнул в сторону: — Смотри-ка поймал!
Я посмотрел, увидел Игоря, махнул рукой. Он в ответ поднял вверх раскрытую ладонь, задержал на несколько секунд, опустил.
Стоял далеко: метров за двести от нас, возле тех самых камышей, где я упустил своего монстра.
— Откуда знаешь, что словил?
— Он показал…
— А мне? Я тоже хочу.
Игорь, будто услышал, поднял с земли две рыбины, потряс ими в воздухе. Или щуки, или судаки, отсюда не видно, и не большие, по килограмму, может, меньше. Я сцепил руки над головой в замок, потряс ими, что одновременно означало: приветствие, и восторг.