Спрашиваю у Игоря: — Ты его знаешь?
— Три года играли в одной группе.
— Потом ты перевелся?
— Выгнали.
— Кто это был? — спросил Антон, не отрывая глаз от меню. Видно, так увлекся чтением, что не слышал нашего разговора.
— "Одноквасник", — говорю.
— Понятно.
Закурили. Подошел официант, сделали заказ. Я, таки решился выпить водки, Антон тоже.
Принесли сразу. На всякий случай нашел глазами туалет. Сейчас будет смертельный номер… Алле…
…запил томатным соком, не скажу, что все прошло гладко, но в целом… Еще рюмку, и все… — думаю. — Там пить не буду. Хватит уже.
Кто-то подошел сзади, закрыл мне глаза ладонями. Растерялся, попробовал повернуть голову.
— Нет-нет, нельзя! Угадай кто!
Голос женский густой, с хрипотцой. Очень знакомый.
— А вы не ошиблись? Вряд ли мы знакомы.
— Знакомы, знакомы…
— Говори еще.
Поцеловала шею, чуть ниже затылка.
— Мне это, ни о чем не говорит. Может, мы с тобой, тоже, вместе учились?
— Нет, мы тогда уже все умели.
— Ап.
— Самая отчаянная, самая смелая, самая…
— Бабушка?
— Еще…
— Эта… Подожди… Подожди… Первая женщина космонавт… Как же ее?.. Нет-нет, не говори…
— Самая красивая в мире!
— Наоми Кэмбелл?.. Нет, нет, подожди… Из блестящих… Она еще поет, что-то там… типа?..
— Самая добрая девушка на земле! Ну?
— Все, я озадачен. "Добрая" — сбила с толку, а так, это была бы — Тая.
— Узнал… — Убрала ладони. — Разве я не добрая?
— Ты сказала — "на земле". Ангелы, ведь живут на небе.
— Хитрец… Привет Сережа.
— Здорова. — Подошла к нему, обменялись скользкими поцелуями в щеку.
— Ты, тогда так внезапно исчез. А мне так хотелось пообщаться.
— Слишком много впечатлений. Надо было побыть одному.
— Такой впечатлительный… — Села к Сергею на колени. — Откуда вы здесь, ребята?
Сергей занервничал: — Ой Таичка, извини, присядь пока сюда, мне надо в ту комнатку, попудрить носик…
Пересела на соседний стул; Сергей ушел. Надо же, думаю, — чистоплюй. Верность блюдит. Знаю этого бабника, надолго ли?..
— Глеб, так давно тебя не видела. Ты похудел.
— То похудел, то потолстел, вас не поймешь…
— Вы что, в аварию попали?
— Типа.
— В Карелию едите? Или из?..
— Ты, тоже проездом?
— Нет, не проездом. Я часто думаю о тебе, Глеб…
— Да?
— Ты мне очень дорог… И как друг, и как…
— Хочешь водки?
— Давай.
Налил в рюмку Антона.
— Возьми салат.
— Я запью… За мою подругу. Помнишь, какой сегодня день?
— Вчера. Двадцать восемь. Хорошо, давай за нее…
Выпили.
— Как она? Ей хорошо?
— Спроси сам.
— Она здесь?
— Мы ее день рождения отмечаем. Тут все его друзья и родственники… Такие мудаки. Не хотела отмечать, он настоял, хочет сделать объявление какое-то… Понял — да?
— Я думал, они уже…
— Еще нет, но… А чего так побледнел? В обморок не свались. Из-за нее что ли?!
— Где она сидит?
— Не увидишь… Там, дальние столики…
— Ну что ж, все бежит, все изменяет. За любовь!
— Она его не любит… А тебя ненавидит… Сама сказала.
— Тогда за ненависть!
— Частишь. А ты как, сам?
— Мир, не без добрых блядей.
— Ты стал злым.
— Когда я был добрым?
— Ну, я еще вернусь. Закажи мне мартини…
— Не говори ей, что я здесь.
Ушла. Я не смотрел в след. Наверное, боялся случайно увидеть…
Четыре рюмки, а ведь хотел тормазнуться. Опять пьяный. Чего уж теперь, налил пятую, чокнулись с Антоном. Следующая будет на "брудершвайн".
Вернулся Сергей, сел на свое место, стал улыбаться.
— Чего лыбишься?
— Нужен ты мне… Здравствуй Машенька! — крикнул громко.
— Привет здоровяк!
Она за моей спиной. Однако. Надо собрать, то, что осталось от воли в кулак.
— Иди, иди я тебя поцелую, — говорит Сергей.
Поднялся. Я понурил голову, впялился в тарелку с салатом, принялся выкладывать вилкой горошек, отдельно лук, яйцо… Ух ты, да это же оливье, ну надо же, как интересно…
— С днем рождения! — Чмок-чмок.
— Спасибо. Ты, как будто, еще больше стал?
— Да, я такой… Садись, вот сюда…
— Если никто не против?
— Да, кто может быть против, счастье мое!
— Мда… — говорю. Съел горькую горошину, запил сладкой водкой. Может, наоборот, не важно, все равно вкуса не почувствовал.
— Это — друг детства — Игорь. — Представил белоруса, Сергей.
— Здравствуйте Игорь.
— С днем рождения.
— Спасибо.
— Это Антон, друг. — Представил капитана.