-Что? Вытолкаешь?
Гала нагло смотрела в глаза Арса , всем своим видом показывая, что покидать помещение не собирается.
-Хорошо! Оставайся! Уйду я!
Арсений повернулся и вышел, хлопнув дверью. Гала в растерянности осталась стоять одна посреди номера.
Арс спустился в холл, Лина все также стояла на своем посту.
-Лина, прошу запомнить, для этой женщины меня впредь нет! Никогда!
-Хорошо, господин Горец, я запомню!
Арс посмотрел на часы, висящие на стене: семь тридцать три. Успеваю! И быстро направился в сторону причала.
Катер мирно качался на воде. Валерий передал Арсу ключи от яхты, взял под козырек и довольный пошагал к выходу с территории базы, его рабочий день на сегодня закончился.
Арсений внимательно осмотрел берег, Исы нигде не было : «Еще рано!»- подумал он. На соседней пристани стояла моторка, в которой сидели двое молодых людей. «А вот и подмога из Центра! Я не справлюсь, они нас скрутят и доставят обоих, в целости и сохранности»,- ухмыльнулся Арс и поднял руку в приветственном жесте. Парни на лодке помахали ему в ответ и отвернулись. «Ага, молодцы, выследил я вас, плохо сработали!»- пожурил охрану про себя Арсений и поднялся на борт катера.
На верхней палубе стоял уже подготовленный Михалычем столик. Арс спустился в каюту, подметил, что коробочка с кольцами лежит не так, как он оставил, и покрывало смято. Он прошелся рукой по тому месту, где лежала Иса, наклонился и шумно вдохнул запах, оставленный ею. Голова слегка закружилась, а мозг услужливо подсунул картинку обнаженной девушки. Арс тряхнул головой и подумал, что он за эти дни даже в купальнике ни разу не видел свою малышку, но улыбнувшись отметил, что она носит белое белье, такое, какое нравится ему. Часы показывали без семи минут восемь. Арсений еще раз погладил рукой место, где была девушка, и поднялся на верхнюю палубу ждать.
Время тянулось катастрофически медленно, казалось, часы остановились, а стрелка просто приклеилась к циферблату. Нервная дрожь и напряжение охватили Арса: а вдруг не придет? Он подошел к борту и оглядел берег, Исы не было, часы показывали восемь ноль три. «Ничего, ничего, девчонки всегда набивают цену и любят опоздать! Будем считать, что меня проверяет!» Но и в восемь пятнадцать, и в восемь тридцать берег оставался пустым.
Теперь Арсений знал, что такое отчаяние.