– Ну, что ж, – медленно и уже не так оживленно отозвался учитель, – познакомимся, когда будешь готова.
То есть никогда.
Учитель отвернулся к доске, принялся водить по ней мелом, объявляя тему урока. А я все же не удержалась и оскалилась в сторону любопытного пай-мальчика, уже успевшего вывести меня из себя.
***
Школа как школа. Учителя как учителя. Ученики как ученики. Ничего особенного.
Я не собираюсь осматриваться, присматриваться, привыкать. Я здесь только потому, что Маркус – упёртая задница. И он не даст мне жить спокойно, пока я не получу аттестат, этот абсолютно, мать его, не нужный атрибут.
А вот и вспомни говно!
Звонит уже третий раз. Плюс оставил несколько голосовых сообщений. Чувствую, что если не отвечу, он и сам ненароком явится сюда.
Я смахиваю зелёную трубочку на экране, прижимаю телефон к уху, затаив дыхание.
– Салли, черт тебя побери! Ты специально провоцируешь меня?
– Ты зачастил со своими звонками, Маркус, – парирую я. – Тебе поговорить не с кем? А как же твоя говорливая подружка?
Это я зря, конечно. Яна – отпадная малышка. Я понимаю, почему у Марка от неё крышу снесло. Никогда не забуду, как она завела толпу мужиков в «Подземелье», пытаясь убедить Маркуса, что ей плевать на общественное мнение. Уф, это было очень горячо. Даже я не отказалась бы попробовать её.
– Ты встретилась с шерифом? Что насчет школы? Салли?
– Вау! – Я звонко захлопнула дверцу своего шкафчика. – Ты ещё спроси, поела ли я? Или сколько раз в день сходила в туалет?
– Салли, – устало выдохнул Марк, – перестань уже дерзить. Я понимаю, что у тебя сложный период в жизни.
– Хватит! Говоришь, как мистер Дик.
Р-р-р, сразу представила себе его тихий, до ужаса медленный голос. И эти его заскоки, в виде странных абстрактных фраз, доводили меня до белого каления. Он вообще кому-нибудь помог?
Маркус снова выдыхает. Он явно сдерживается, чтобы не накинуться на меня.
– Ты же можешь просто ответить? Всего два вопроса.
– Да, я была у шерифа. Он сказал, что мне не место в обществе, но деньги всё решают.
– Что? – рявкнул Марк, от чего даже у меня по коже пробежался озноб.
– И ещё сказал, что придумает мне общественные работы.
– Салли, то, что он сказал тебе – это не…
– Марк! – вспылила я, готовая стукнуть кулаком по металлической дверце. – Просто заткнись! Ты можешь просто отстать от меня? Я сходила к шерифу и прямо сейчас в школе! Я окончу школу, так что оставь меня в покое! Я знаю, ты умеешь!
– Тебе звонила мать? – Маркус проигнорировал мой всплеск словесной агрессии.
– Мама? – Я застыла. – С чего это?
– Неважно, – буркнул Марк. – Если позвонит, сообщи мне.
– Маркус, – прищурилась, – ты пытаешься что-то от меня скрыть?
– Не выдумывай.
Он сбросил вызов. Я сжала телефон в руке, смотря на него, словно это шея Марка, которую я бы с удовольствием вот так же сжала.
– Проблемы?
Я резко оборачиваюсь.
– Ты кто?
– Рут Чейс, – представилась девушка, протянув мне руку.
Я осмотрела её с ног до головы, стараясь напугать её своим взглядом, но она даже не смутилась. Выше меня, худосочная блондинка, с большими широко посаженными глазами. Она приветливо улыбалась мне пухлыми губками, чуть вздёрнув свой курносый нос.
Я приподняла бровь, красноречиво взглянув на её руку. Пожимать её не собиралась, как, собственно, и знакомиться.
– Чего надо?
– Эм, ну-у-у, – промямлила она, смутившись и опустив руку, – я… просто… президент школьного совета… и… подумала, что тебе может быть одиноко. – А теперь она затараторила. – Я понимаю, что сложно, должно быть, в выпускном классе переводиться в другую школу. Хотя смена коллектива даётся непросто в любом возрасте, уж я-то знаю. Но все же хочу, чтобы ты знала: здесь полно народу. И мы все готовы тебе помочь. Ты не должна чувствовать себя одинокой в толпе – это необязательно.
Я застыла, вытаращив на неё глаза. Это что еще за диво дивное? Я не прерывала её речь, напоминающую непрекращающееся извержение вулкана, только по одной причине – не знала, как вставить хоть слово и что вообще можно на это сказать.
Спасибо? Я все поняла? Или отвали?
А девушка тем временем продолжала:
– У нас очень хорошая школа, квалифицированные учителя. Мы все здесь очень дружелюбны. Ты легко сможешь найти себе компанию. Никто не откажется тебя принять.
– Господи, женщина! – проворчал хриплый женский голос позади меня. – У меня от твоего непрерывного монолога сейчас кровь из ушей повалит, честное слово! Дружелюбны? Не откажутся принять? Ты сегодня съела килограмм радуги, или что?