Время от времени в секретариат наведывался Мамурра, личный казначей Цезаря и гениальный инженер. Он расходовал горы папируса, а чернила для него приходилось заказывать небольшими бочонками. Мамурра вбил себе в голову, что он обязательно должен построить мост через Ренус. Переправа через реку на кораблях могла окончиться для войск настоящей катастрофой. Однако казначей Цезаря не считал основной своей задачей безопасную переправу легионов на правый берег. Нет, Мамурра хотел построить мост через Ренус, чтобы войти в историю как гениальнейший архитектор всех времен. Цезарь же, в свою очередь, готов был поддержать любое начинание, благодаря которому он мог бы в очередной раз поразить всех размахом своих замыслов. Кроме того, мост через Ренус наверняка в несколько раз преумножил бы славу проконсула и произвел бы на свевов гораздо большее впечатление, чем сто одержанных над ними побед. Если казначею Цезаря удастся в достаточно сжатые сроки построить мост через Ренус, то все германские племена поймут, что римский орел способен в любой момент дотянуться до них своими когтистыми лапами.
Мамурру мало интересовали разного рода политические вопросы. Он хотел посвятить свою жизнь сложным архитектурным сооружениям, хитроумным механизмам, подвижным конструкциям, позволяющим атаковать укрепления противника. Иногда мне казалось, что каждая новая задача, поставленная перед ним, повергала его в неимоверный восторг. Налив себе кубок кекубера, Мамурра принимался за работу. Обычно он приходил к нам в канцелярию и выпивал неимоверное количество этого нектара богов. Ему нравилась атмосфера, царившая в нашем рабочем помещении. Мамурра устраивался за одним из столов в канцелярии и, сидя над своими чертежами и планами, пил вино, закусывая его разнообразными деликатесами.
— Продавайте свое золото и вкладывайте деньги в небольшие мастерские, которые со временем должны стать намного больше и работать гораздо эффективнее, — иногда говорил казначей Цезаря. Финансовую ситуацию он анализировал с такой же легкостью, с какой, глядя на наброски, определял сильные и слабые стороны того или иного сооружения.
Мамурра был уверен, что в течение нескольких лет цена на золото в Риме резко упадет. Его утверждения основывались на предположении, что Цезарь за время пребывания в должности проконсула полностью опустошит Галлию. Казначей Цезаря не сидел на мешках с деньгами, а вкладывал свои доходы в верфи, виноградники и земельные угодья. Но в те дни все его мысли занимал только мост через Ренус. Эта река была очень широкой, к тому же задачу усложняли большая глубина и скорость течения.
— Все говорит против того, чтобы построить мост через Ренус! — торжествовал Мамурра. Он обожал, когда обстоятельства бросали ему подобный вызов. Казначей Цезаря долго корпел над чертежами и набросками, прежде чем перейти к делу. Он велел вбить в дно реки две огромных заостренных балки, направленных против течения реки, а затем соединить их поперечинами. Напротив, немного выше по течению, соорудили еще один бык будущего моста, который был наклонен по течению Ренуса. На этих двух опорах соорудили настил из сложенных крест-накрест деревянных свай. В то время как установленные на дне реки волнорезы не давали всевозможным предметам, переносимым рекой, повредить быки моста, давление, создаваемое огромной массой воды, дополнительно укрепляло всю конструкцию. Это было гениальное решение непростой проблемы. Должен признаться, даже я восхищался этим сооружением Мамурры. Однако вопрос о том, насколько прочным окажется мост, оставался открытым.
Всего лишь через десять дней после того, как было срублено первое дерево для постройки моста, Цезарь перешел по первому в истории человечества мосту через Ренус. Сооружение было примерно тридцати футов шириной и более двух стадий длиной. Германцы, находившиеся на противоположном берегу, решили, что только великий колдун мог сделать нечто подобное, и в панике разбежались в разные стороны.