— Зес, надо его остановить.
Я повернулась к неподвижно стоящими мужчине. Из светлой рассечённой брови текла кровь, заливая эльфийский глаз.
Он вытер лицо тыльной стороной ладони.
— Иди за мной, — и пошел в другую от Киллиана сторону.
— Зес, остановись. Я не понимаю, что сейчас произошло, но нам нельзя разделяться. Слышишь меня?!
Он в бешенстве обернулся ко мне. — Женщина, ты вообще не знаешь, когда следует замолчать? От этого все проблемы! Закрой рот и иди за мной.
Мы дошли до большой реки со спокойным течением. Казалось, что вода в ней стоит, движения почти не было.
Зес наклонился у воды, смывая кровь с лица. Я подошла чуть ближе.
— Рану нужно обработать.
— Само заживёт.
Осмелев, приблизилась к сидящему на корточках мужчине и приподняла его голову за подбородок, чтобы осмотреть нанесенный ущерб.
— Будет шрам.
Он отмахнулся, набирая ещё воды в большие ладони.
— Не первый и точно не последний.
Затем подумав секунду, Зес стянул рубашку и стал расстёгивать брюки.
— Что ты делаешь? — ахнула я, поспешно пряча глаза.
— На рыбалку иду, не видишь? — он стянул штаны вместе с бельем и абсолютно голый полез в воду.
«И всё же, какая у него задница!»
Поймала себя на мысли, что как бы не пыталась не смотреть, украдкой взгляд все равно возвращается к моему защитнику, соблазняющему своим телом.
Зес нырнул, и на воде осталась лишь мелкая рябь напоминающая, что он был на том месте.
Вода была гладкой и после нескольких дней путешествия манила окунуться. Ещё больше притягивал мужчина, находящейся сейчас в этой реке.
Быстро, чтоб не дать себе передумать, скинула всю одежду и с разбегу забежала в воду.
Моего спутника нигде не было видно, что начинало нервировать.
— Зес, это не смешно. Где ты? Вылезай из воды! Если ты пытаешься заманить меня в воду, я уже здесь! Пожалуйста! — попросила дрожащим голосом, осматриваясь по сторонам. — Дурак! Слышишь меня?
Неподалеку от меня по воде прошла рябь, я думала это Зес, но он не вынырнул.
— Ну нафиг! — воспоминания о лобасте были еще слишком свежи. Быстро гребя к берегу, я хотела оказаться на суше. Ситуация слишком сильно напоминала недавнюю.
Снова послышался всплеск за спиной, вызывая панику, а потом на талии сомкнулись сильные мужские руки.
Не смогла сдержать крика, пытаясь обернуться, но он мне не позволил, прижимаясь горячим телом к моей спине.
— Ненормальный! — задыхаясь, дернулась в его руках. — Я чуть не умерла от страха!
Новая попытка обернуться также не увенчалась успехом.
— Не шевелись, — прорычал он, крепче прижимаясь к бёдрам, от чего жесткий ствол уперся мне в поясницу.
Я повернула голову.
— Почему?
— Так надо, — проскрежетал Зес, скользя рукой по моему животу.
Сердце бешено колотилось, я уже понимала к чему это всё идёт. Металась в сомнениях, не зная, сбежать или прижаться к нему сильнее. Дыхание участилось, когда мужчина коснулся плеча горячими губами.
— Я так сильно хочу тебя, — он нежно поцеловал кожу за ухом. — Ты ведь снова начнешь на меня кричать?
Знала, что причина его сомнений в плохом завершении прошлого вечера, а еще знала, что несмотря ни на что хочу снова прикоснуться к нему, ощутить, как твердый член растягивает меня изнутри, задевает нервные окончания, доставляя невероятное удовольствие.
Но гордость не позволила признать этого.
— Начну, — прошептала одними губами, прикрывая глаза, когда его ладонь сжала грудь, перекатывая твердый сосок между пальцами, а вторая рука скользнула между бедер, заставляя развести ноги шире. Мозолистые пальцы раскрыли влажные лепестки, касаясь клитора.
Не в силах сдержаться, застонала, откидываясь на жесткую грудь, а в ответ услышала одобрительный рык. Медленно он проник в меня одним пальцем, выходя, лишь для того, чтоб погрузиться снова в горячую глубину.
— Как чертовски хорошо было в тебе в прошлый раз, ты такая влажная. Я даже не представлял, что может быть настолько горячо, — Зес тихо зарычал, вытащив палец и распределяя влагу по нежной коже и клитору, затем отстранился.
— Надо прекратить это! Сейчас! — потребовала я, находясь на грани безумия. Больше всего на свете мне хотелось продолжить эту сексуальную пытку, но чувство опустошенности от его отстраненности в прошлый раз перечеркивало все.