Интересно, неужели она на самом деле рассчитывает его вернуть? Вы как думаете? Согласна, это полный бред. Похоже, Лариса позабыла, что они не просто полюбовно расстались. Что Игорь от нее ушел и потом они очень долго не общались. И что сейчас рядом с ним восхитительная сексуальная девушка.
Хотите напомнить, что мне уже двадцать девять? Я помню, хотя с вашей стороны это бестактно. Пусть тогда будет так — восхитительная сексуальная молодая женщина двадцати восьми лет. Извините, двадцати девяти. Но в любом случае не сорока одного.
Впрочем, я не обижаюсь ни на вас, ни на нее. Мне даже ее жаль, если честно. Я ведь всегда отлично понимала, зачем ей нужны его статьи и переводы. Вовсе не потому, что он профи экстракласса. Просто она не смогла удержать Игоря тогда, когда он был рядом, зато потом поняла, что потеряла. И эта мысль до сих пор не дает ей покоя. Кстати, в туалете у нее омерзительная серая бумага. Для моего нежного тела она чересчур груба.
Лариса при виде меня сразу отводит глаза.
— Сварить еще кофе?
Кофе у нее чересчур крепкий, и по закону подлости в следующий раз мне захочется писать, как только мы от нее выйдем. Но я все равно киваю. Тем более от Ларисиного дома до школы, где учится наш ребенок, всего семь минут езды. Без пробок. С пробками — полчаса. А до конца продленки еще целый час. Так что время есть.
— А я, пожалуй, пойду. — Муж решительно поднимается со стула. — Нам все равно скоро уезжать, а я еще обещал ребенку посмотреть книгу на французском в твоем магазине. Представляешь, он говорит по-французски, как парижанин. И откуда это берется?
Значит, он слышал, как Лариса рассказывала мне о языковых способностях своего Саши. К счастью, она все равно не понимает, что это сарказм, и принимает все за чистую монету. И как можно поверить в то, что наш сын просил ему купить книгу на французском? Он, если честно, и на русском-то ничего не читает (только учебники, и те вынужденно).
Лариса целует моего мужа в щеку. Она до сих пор не верит, что он предпочитает, когда женщины целуют его гораздо ниже. Помню, в одну из наших первых встреч (когда отношения между ней и мной еще были довольно напряженные) я воспользовалась тем, что муж вышел на лоджию покурить. И с шутливым возмущением заметила, что нам с ней очень повезло. У нее был, а у меня есть мужчина, от которого можно не бояться забеременеть. В том смысле, что заканчивать половой акт он предпочитает оральным сексом.
Лариса густо покраснела, а потом сухо заметила, что секс ей не интересен и она в нем не специалист. Мол, кто печет торты, а кто делает минет. Я, убедившись в том, что муж меня не обманывал, радостно сообщила ей, что торты у меня никогда не получались.
Кстати, насчет моего мужа. Это чистая правда. И хотя я забеременела уже через три недели после начала наших, скажем так, отношений, это произошло абсолютно случайно. Ну, если честно, не совсем случайно. Нет, не настаивайте, это уже чересчур интимно. Да и моему мужу знать об этом совсем не обязательно.
В другой ситуации я бы огорчилась, что муж меня оставил. Раньше он так никогда не поступал. Но сегодня я только за. Я ведь не случайно зазвала его к Ларисе. Я вдруг подумала, что, она что-то заметит и скажет мне, что с ним не так. Всe-таки она его знала не меньше, чем я (они познакомились, когда от было двенадцать, а ей одиннадцать). Хотя идея, конечно, не очень. Но другой, увы, нет.
— Будет желание, заезжайте с Геной как-нибудь в выходные…
— Да, наверное, не получится. — Лариса напряженно смотрит в пепельницу, превращая в пепел очередной «Винстон». — Он так занят, знаешь. А если по правде, он меня вообще-то немного ревнует к Игорю. Ну, ты понимаешь…
Сообщить ей, что для этого у Гены нет ни малейших оснований? Нет, пожалуй, не стоит. Да и есть ли он, этот мифический Гена?
— Игорь какой-то грустный, — вдруг доносится до меня, и я напугаюсь. — Вы что, поругались? Надеюсь, не из-за меня? Ты не думай ничего такого, Ань, я ведь замужем, да и он тебя любит. Кажется…
Я вне себя от возмущения. Ну надо же такое придумать! Хотя, навесное, ей так хочется, чтобы в нее кто-то влюбился. И особенна бывший муж. Но сдержаться все-таки очень тяжело.
— Ну что ты, Лариса, ты тут совсем ни при чем. Ты же знаешь Игоря. Он весь в работе, больше ни о чем и ни о ком не думает… Если бы не я, мы бы вряд ли так часто с тобой встречались…
Что ж, раскаиваться поздно. Слово, как известно, не воробей. Кто, интересно, придумал это дурацкое сравнение? Признаться, лично я была бы не очень рада, если бы вместо слов из моего рта вылетали птицы. И сколько раз на дню тогда приходилось бы чистить зубы? Даже страшно подумать…