***
Только вырвавшись из кабинета древних языков Кира побежала.
Она бежала, будто от преследующего её страха. Бежала так сильно, что её до того всегда горячее дыхание стало совсем холодным, обжигающим. Бежала до того момента, пока всё внутри не сжалось в тянущей, сумасшедшей колкой боли. Пока во рту не стало сухо настолько, что и глоток воды бы ничем не помог. Пока чтобы отдышаться, ей не потребовалась четверть часа. Она бежала за тем, что так боялась потерять – верой в невиновность своих родителей.
В один миг наконец остановившись, Кира оперлась руками на колени, но, не удержавшись, рухнула на пол. Со свистом она вдыхала воздух распахнутыми губами, разбитыми и настолько сухими, что они блестели, словно раздробленный леденец. Разгорячённой щекой она прижималась к холодной гранитной плите пола, вымазанной в грязной талой воде. Веки Киры подрагивали, а сама она лежала, слабо двигая то рукой, то ногой, то крыльями, проверяя, не потеряла ли она чего-то в пути. Не потеряла. Но если это так, почему это странное чувство утраты не пропадает?
Услышав где-то вдали приглушённые голоса Кира приподнялась. Она отползла к стене, спрятавшись за широкой колонной. Прижав колени к груди, вжавшись в угол, она обнимала себя так крепко, как могла, будто боясь, что вот-вот рассыплется.
Мысли тревожно бились в голове. Кире уже приходилось слышать обвинения в свою сторону, но не так. Она не знала тех, кто говорил о ней. Ни случайные прохожие, узнавшие в ней девочку из последних новостных пергаментов, ни малознакомые соседи, ни задиры-ровесники не могли задеть её своими словами так глубоко. Сегодня Кира впервые видела их. Впервые смотрела в уже ставшие привычными глаза, выплёскивающие на неё омерзение, злобу, страх или отвращение. Впервые чужие слова были обращены именно к ней. К той части её, что они успели узнать.
– Архивы просмотрели, но там ничего и близко похожего. Библиотечные книги уже тоже перебрали. – Несколько архангелов, чьи голоса неожиданно быстро приблизились, прошли совсем рядом с Кирой. Так близко, что она даже успела разглядеть золотистое свечение их нимбов в ускользающем чуть поодаль проходе. – Постарайтесь тогда…
Голоса стихли. Так же неожиданно, как и появились, они растворились в глубинах высоких коридоров, но, сами того не зная, смогли помочь напуганной девочке, что сидела совсем рядом.
– Библиотека…
Чужие голоса не только позволили бушующим мыслям утихнуть, но и втиснули между ними новую, совсем свежую идею. Если никто не верит, если каждый готов обвинить её, она сама найдёт доказательства невиновности своих родителей. И откуда будет лучше начать свой поиск, как не с библиотеки?
Поднявшись, Кира, стараясь не наткнуться на патрулирующих школу архангелов, пробиралась по коридорам, прячась в каждой встречающейся ей тени. Школьная библиотека не так далеко. Достаточно близко, чтобы внутри плясал крохотный, щекочущий глоток воздуха, распирающий грудь в волнении.
Библиотека. Место, куда Кира не могла попасть, живя под одной крышей с Гон Дао. Верховный судья не позволял ей посещать городскую библиотеку, зная, что Киру в первую очередь заинтересуют вовсе не учебники.
– И-извините… – Из-за библиотечной стойки на Киру поверх очков глянул неизвестный ей ангел. – Где можно найти старые журналы и новостные пергаменты, газеты? – Ангел, прищурившись, разглядывал девушку с подозрением. – К у-уроку нужно подготовить задание… – тихо добавила Кира.
– Секция «ве́рта». Самый конец.
«Верта, ну разумеется!» – разозлилась на себя Кира за несообразительность.
Буркнув едва слышное «спасибо», она быстрым шагом скрылась за книжными полками. Где-то глубоко, возможно глубже, чем она хотела бы, её будет ждать нужный шкаф.
Библиотека не была похожа на архивы, в которых Кире не раз приходилось бывать, когда Гон Дао брал её с собой по работе. Вместо одинаковых блёклых папок полки пестрили цветными корешками книг разных размеров, разной толщины. Хотелось взять в руки каждую, пролистать, посмотреть, что же прячется за лаконичными названиями. Кира ощущала себя ребёнком, тайно пробравшимся в магазин сладостей.
Взгляд её блуждал средь позолоченных табличек на торцах шкафов. Кира выискивала руну. Рассечённый горизонтальной линией круг с квадратом в центре. Верта. Руна, обозначающая букву «в» и слово «история» на хаётле – языке, на котором говорили ангелы и дьяволы до Того дня.