– Когда я учился, у нас проводили голосование. Дьяволы, после небольшой дуэли переросшей в массовую драку, так и не смогли определиться. Вторая потасовка тоже ничего не дала, и тогда было решено провести голосование под контролем ангельской стороны, отвечавшей за честность мероприятия. На первом этаже, возле комнат общего проживания, мы выставляли две коробки с прорезями. Для ангелов и для дьяволов. Каждый учащийся просто кидал в неё имя того, кого он хотел бы видеть в роли старосты. За себя голосовать было запрещено. Разрешалось либо проголосовать за кого-то одного, либо никому не отдавать голос, но в любом случае каждый опускал хотя бы пустую бумажку в короб.
– Я подготовлю короб от ангелов, – кивнула Лили, внимательно слушающая учителя. – А что насчёт вас, дьяволы?
Однокурсники ангелов, оглядываясь, видимо искали того, на кого же можно скинуть такую «интересную» работёнку. Эти переглядки, наверное, могли длиться ещё долго, если бы не зазвенел школьный колокол. Наличие следующего урока определённо сокращало время для принятия решения.
– Я сделаю, – Анфиса, устав от этих разговоров, лениво махнула рукой с последней парты.
– О, мисс… – Алан, тонкими пальцами перебирая бумаги, выудил из стопки личное дело дьяволицы. – Мисс Калео, верно?
– Да, я за неё, – усмехнулась Анфиса.
По классу побежал тревожный шёпот, который Анфиса тут же уловила. Улыбка пропала с её лица. Дьяволы, рождённые или живущие в городе Пепла, были немало наслышаны о клане Калео. То, что представитель их герба учится с ними в одном классе, взбудоражило первокурсников.
– Что же… Значит к вечеру ваши однокурсники уже смогут определиться со своим новым статусом. Всем желающим – удачи!
Выровняв стопку бумаг с личными делами учеников, Эбигхарт закинул её в толстенную папку и, кивнув своим ученикам в знак прощания, удалился из класса вместе с маячившим у его ног Бо.
Ангелы и дьяволы, собирая вещи, медленно разбредались по классу объединяясь в небольшие группы, чтобы, болтая, спокойно отправиться на следующий урок. Анфиса, спешно закидывая пергаменты в свою тряпичную сумку, чувствовала, как потеют ладони. Из головы не выходили взгляды её однокурсников, их шёпот и переглядки. Теперь они всё знают…
«Зря я вылезла... Зря-зря-зря!» – трепетали мысли в голове девушки. Анфиса до последнего пыталась скрыть свою фамилию от остальных, продлить беззаботную жизнь. Она знала, что скрываться долго не выйдет, но легкомысленное желание показать всем себя, а не свою фамилию, взяло своё. С этого момента ей нужно вновь отыгрывать дочь клана Калео. Утопая в своих мыслях, Анфиса мчалась по коридору школы в противоположное крыло.
– Да постой же ты! – словно через мокрую вату услышала за собой чей-то голос Анфиса. Обернувшись, она увидела мчащуюся за ней Лили. Пытаясь догнать сбежавшую из кабинета Анфису, Лили не успела даже толком собрать свои вещи и закидывала их в сумку на бегу.
– Э-э-э… Лили, да? – скривившись, спросила Анфиса. Видя, как ангел летит на неё сломя голову, девушка попятилась назад.
– О, Высшие, сейчас же длинная перемена, куда ты так торопишься? – пытаясь отдышаться и перейдя на шаг, проговорила Старн. – Я по поводу коробок хотела поговорить.
– О чём там говорить? Берёшь коробку, делаешь отверстие и ставишь в коридоре первого этажа. Ты на своей напишешь «ангелы», а я на своей ничего не буду писать, потому что мы не на столько тупые, чтобы не понять, какая из двух коробок остаётся дьяволам. Поздравляю! Мы великолепны. Аплодисменты и хлопушку не заготовила, уж извини.
– Прости, а ты со всеми так говоришь, или сегодня тебя кто-то обидел? – Лили, нахмурившись, оглядела девушку. – Я ведь как лучше хотела.
– Ты усложнить всё хотела. Вечно вы, ангелы, прикрываясь своим «я хотел как лучше» всё портите. Наивно хлопающие глаза и нимб над головой не делают из тебя миротворца, вот тебе сюрприз.
– Так… – Старн сложила руки в замок. Мирного разговора, судя по всему, не намечалось. – Твои личные загоны – не моя проблема, и это уже мой сюрприз для тебя. Просто будь добра сделать коробку к утру.
– Разве учитель не говорил что-то про вечер?
– А ты справишься к вечеру? Мне показалось, твоё увлечение лелеянием собственного эго занимает все свободные часы каждого вечера, – Лили с надменной усмешкой свысока глянула на девушку перед собой. Ангел и сама не понимала, что творила, но решила, что только насмешкой можно как-то заставить Анфису стараться. Глубоко в душе Лили вся трепетала от страха.