Не скупясь на выражения, этот архангел жёстко критиковал работы учеников школы Равновесия, особенно если те стремились двигаться в направлении писательства, отчего получил не одно нелестное прозвище, самым приживчивым из которых оказалось «кальмар».
– Но если у них будут вопросы, то вы должны!..
– То я должен не мешать им развиваться самостоятельно, а не позволять бегать по поводу каждого штриха или запятой ко мне! – оборвав Музу на полуслове, вновь вспылил «кальмар». – Я буду в саду.
Оглушительно хлопнув дверью, Эилли скрылся где-то на лестницах башни Испытаний, в которой студия искусств занимала место под черепичной крышей.
– Ох, опять… – Муза, заправив за ухо золотые волнистые волосы, украдкой посмотрела на учеников, что в недоумении пялились на неё.
Муза – дьяволица, обучающаяся в Аккоронефи, но в качестве своего выпускного испытания приставленная к одному из некогда выдающихся выпускников своего имайехада – Айзеку. Девушка, до ужаса сердобольная, всё время попадалась на каверзные вопросы и манипуляции архангела, уставшего от постоянного присмотра. Терпя скверный характер и агрессивность своего навязанного наставника, Муза пыталась разгадать задание, которое ей дали Высшие силы для прохождения инициации, чтобы однажды, гордое имя «Муза Энойя» лилось из уст всех последователей Аккоронефи.
– Простите, мисс?.. – Хина Свадди, фиолетово-голубой Ангел, подняла руку из-за своего мольберта, обращаясь к ассистентке своего учителя. – Нам следует ждать мастера Айзека ближайшие четыре занятия?
Чтобы стать настоящим демоном, последователем своего имайехада и его гордостью, дьяволы вынуждены пройти испытание, что дадут им Высшие силы. Для контроля армий архангелов и демонов, Высшими и Низшими силами после событий Того дня было принято решение, что выдача регалий будет производиться для архангелов Низшими, а для демонов Высшими, отчего проблем и у тех и у других лишь прибавилось.
Не дав чётких указаний, Высшие приставили Музу к Айзеку, словно обрубая девушке возможность получить демонический облик.
– Только при нём не думайте ляпнуть это своё «мастер»… – не отвечая на вопрос ученицы, проговорила задумчиво Муза. – Он, наверное, впадёт в ярость, услышав, что он просто мастер, а не как минимум «гений». – Дьяволица, наконец обернувшись на юных небесных, поучительно добавила: – Уж лучше зовите его просто учителем.
Волосы Музы, длинные и вьющиеся, сияли золотом на солнце. Светлые, широко распахнутые зелёные глаза с любопытством следили за каждым движением архангела, когда тот, в порыве некого вдохновения, мог переключиться с печатной машинки на холст и кисти. В её лёгком и невинном образе с трудом можно было заметить светло-зелёные дьявольские крылья, которые девушка будто специально пыталась скрыть, плотно прижимая к телу. Рога Музы, отчего-то совсем короткие, торчали прямыми треугольничками на голове, что заставляло дьяволицу лишь стыдиться себя. Когда она впервые вошла в мастерскую школы Равновесия, где вовсю трудился Айзек, её поприветствовал раскатистый смех, заполнивший всё пространство. Архангел не мог сдержать своей насмешки каждый раз, когда видел короткие рожки Музы. В один из дней, когда дьяволица опутала волосами свои короткие рога, сделав их похожими на две треугольные шишечки подобные кошачьим ушам, она не могла отделаться от пристального взгляда Айзека, следящего за ней до позднего вечера.
– Да что не так?! – уже не выдержав, воскликнула дьяволица, швырнув на стол перед собой свои рукописи. Энойя, полоснув архангела раскалённым от злости взглядом, прерывисто дышала, стараясь держать себя в руках.
– Всё хорошо, – покачав головой, проговорил Айзек. Едва улыбнувшись, он тихо добавил: – Просто сегодня ты по-особенному прекрасна.
В тот день девушка поняла, что вчера она в последний раз в жизни видела себя в зеркале без этих незамысловатых шишечек, возвышающихся на её голове.
– Так, нам ждать «учителя» Айзека ближайшие две недели на занятиях? – Гроберт, откинув чёлку с глаз, с небрежностью осматривал Музу.
– Это будет зависеть от его настроения, – задумчиво проговорила дьяволица. Вспомнив, что она представитель школы, Муза расправила плечи и, откашлявшись, мотнула головой, отбрасывая назад волосы. – Приступайте к своим работам! Мистер Айзек по достоинству оценит их через четыре учебных часа. А мне требуется удалиться. По завершению урока, вы можете быть свободны, – Энойя, взглянув на первокурсников, одарила их обнадёживающим взглядом. – Постарайтесь не разнести мастерскую к концу ближайшего часа.