Прежде чем ученики школы Равновесия успели спросить что-то ещё, Муза исчезла за дверью студии, оставив в замешательстве сорок юных ангелов и дьяволов.
– Я правильно уловил суть, – нарушив тишину, осторожно заговорил Джерри Гуддеви́л, чьи растрёпанные красные волосы торчали из-за мольберта, стоящего у входа в студию, – они перенесли нам занятие по искусству с пятого урока на седьмой, потому что так требовал учитель Айзек, а потом он взял и ушёл?.. – дьявол с усмешкой полной растерянности бегал алыми глазами от дьявола к дьяволу.
– Какая нелепость… – прикрыв глаза, покачала головой Фели́сия Си́лия. Дьяволица резким движением головы откинула белёсые, стриженные под прямое каре волосы назад. – Совершенная нелепость. Я поступала в приличное учебное заведение, а не этот цирк с единорогами.
– Следи за языком!
– Следи за своей кисточкой, Шон! – разозлившись, вскрикнула дьяволица. – Я прибыла с Четвёртого Неба, чтобы получить достойные знания, а по итогу терплю эти скачки в расписании, толпы архангелов и такое отношение к себе!
– В школе проблемы, а ты говоришь так, будто весь мир вертится вокруг одной лишь тебя, – Виктор Ариста, говоря колко и жёстко, заставил обратить на себя внимание однокурсников-ангелов. Нимб парня угрожающе сиял тёмным фиолетовым светом. – Снизь ожидания на свой счёт.
– А меня должны волновать эти проблемы? – Фелисия, расслышав натиск в словах Виктора, с остервенелым прищуром медленно обернулась на ангела, что посмел ей возражать. – Не доводи меня до получения звезды, нимбованый.
– Ты угрожаешь мне? – Виктор, поднявшись из-за гончарного круга, на котором его ждала размягчённая глина, прожигал взглядом девушку. Глаза ангела, до того тёмно-фиолетовые, зловеще начали светиться из глубины своей холодным белым светом, всё больше и больше разгораясь.
– Ого, ты как это делаешь?.. – с восторгом тихо спросила Карина Карус.
– Успокойтесь, – Лили, выскользнув из-за своего мольберта, встала между разгорячёнными ангелом и дьяволом. – С ума сошли? Виктор, угомонись, пожалуйста. И ты, Фелисия, тоже. Вам что, впечатлений мало? Решили ещё драку устроить?
– Это была бы не драка, а избиение, – тихо прошипела Фелисия.
– Только если бы тебе хватило силы хотя бы приблизиться ко мне.
– Ты, жалкий…
– Хватит! – Эван, оказавшись рядом с Лили, сурово переводил взгляд от ангела к дьяволу. Дыхание парня сбивалось от негодования, переполнявшего его. – Это ведь то, о чём мы говорили сегодня на уроке истории! Нам надо научиться ладить друг с другом! Мы ведь здесь для этого, именно в этой школе, где мы можем действовать вместе, сообща, – Эван, остывая, вновь становился тем добродушным парнем, каким его впервые увидела Лили. – Мы все здесь, чтобы однажды поступить в имайехады и стать архангелами и демонами, что смогут достойно носить свои нимбы и рога! В школе не всё ладно, и все мы это знаем. И ты, Фелисия, – Эван упёрся взглядом в белокурую дьяволицу, – знала, что уроки искусства ведёт сам Айзек Эилли! Тебе будет преподавать такой сильный и выдающийся небесный, а ты смеешь ещё придираться к его характеру!
– Тоже мне, характер… – забурчала дьяволица. – Он просто зазнавшийся засранец.
– Ты так говоришь, потому что не любишь архангелов.
– И ещё раз заткнись, Шон!
По студии разлетелись смешки. Карина Карус, всё ещё озадаченная тем, как же Виктору удалось так светить глазами, вся раскрасневшаяся от натуги, выглядела так, будто вот-вот лопнет. Подруги девушки, взглянув на неё, залились смехом обратив на себя всеобщее внимание.
– О Высшие… Карина… ты что делаешь? – прерываясь, не в силах сдержать смех, едва выговорила Мариэтта Пакс.
– Ты теперь похожа на смуглый помидор, – заметила Рейчел, прикрывая свою улыбку ладонью.
– Ну, а как он это делал?! Я тоже так хочу! – звеня цепями, что в качестве украшения висели на её плечах до шеи, расстроенно пробурчала Карина. Она, вновь начав тужиться, пыталась сосредоточить всю свою силу в глазах и лишь больше наливалась краской. Единственное, что смогла сделать ангел, это заставить свой жёлтый нимб сиять чуть сильнее.
– Это не так работает, – сухо проговорил Виктор, глядя на потуги однокурсницы.
– Ну а…
– Так, короче! – прервав беседу ангелов, заговорил Кларк По́лар. Дьявол, сложив свой мольберт, поволок его к стене, к которой были прислонены и другие залитые краской мольберты. – Я не собираюсь торчать тут, пока этот «учитель» прохлаждается в садах. Я пришёл сюда на урок искусства, а не, как правильно заметила Фелисия, на этот цирк. Сидеть и смотреть как ангелы миндальничают? Ну уж нет, увольте!