– Миротворствую. И даже если так, что в этом плохого?
– Да в том, святая ты наша, что каждый в этом мире сам за себя.
– Это твоя философия, но не моя. А может это ты слишком мало всем помогаешь?
– Я-я-я?! Я сделала коробку! – искренне возмутилась Калео. – И на этом жесте доброй воли, моя благотворительная деятельность о-кан-чи-ва-ет-ся! Будешь бесконечно всем помогать – так и останешься одна. Тобой будут с радостью пользоваться, а вот с дружбой не заладится. Только так и бывает.
– Ох, переживаешь за меня? – неожиданно довольно ухмыльнулась Лили.
– Что? Н-нет! – зарделась Анфиса. – Просто пытаюсь объяснить глупому маленькому ангелочку, что жизнь – не комок сахарной ваты в сахарном рожке. Просто, чтобы ты знала.
– Я знаю, что вне зависимости от того, что ты мне скажешь, я продолжу выполнять обязанности старосты так, как того пожелаю, но не позволю никому пользоваться собой. Знаю, что я не одна, и у меня уже даже появились хорошие друзья в школе. Так значит ли всё это, что ты сейчас говорила не обо мне, а о себе?
Анфиса остолбенела. Она едва смогла уловить момент, когда ангел перевернула игру в свою сторону, да ещё и стала играть по правилам Калео как по своим!
– В общем, – снова заговорила Лили, увидев смущение на лице Анфисы, – я бы могла рассказать тебе больше о том, почему помогаю другим. Если конечно, тебе такое интересно.
– Чего?
– Ну, например, в саду, после завтрака… – мягко передавая инициативу, вкрадчиво заговорила Старн.
– Хмф… – Анфиса, сдув со лба рыжую прядь чёлки, нахмурилась. «Эта ангел что-то задумала? Или…». – Опять миротворствуешь?
– Просто думаю, что если дьяволица решила меня сегодня чему-то научить, то мне стоит быть вежливой и тоже рассказать что-то в ответ.
– Возле зала Двух стихий. После завтрака, – насупилась дьяволица.
– Так точно.
– И не минутой позже.
– Ни мгновением.
Анфиса, всё ещё насупившаяся, вздёрнула голову и, вовсе позабыв о так желанной встрече с профессором, гордо зашагала в сторону своей комнаты, позволяя Лили заботливо провожать её взглядом.
***
– Мы уже искали по всей этой чёртовой школе! – сетовал на товарища Аралим. Архангел, чувствуя, как злится всё больше, с раздражением прикрыл глаза, пытаясь успокоиться. – То, что ты застрял в западном крыле, не означает, что мы тоже сидели без дела.
– Сбавь обороты. Первый инцидент случился там, и западное крыло требовало более тщательной проверки, – не унимался архангел. – Тебя просто злит, что нам приходится искать, не оставляя камня на камне, а этот заносчивый выскочка даже не сразу появляется на месте преступления. Получил доступ к Корню Архитектора из-за более высокого чина, и даже бровью не повел, когда мы предложили сотрудничество. Демоны… – фыркнул Гезария. – Илар, скажи ему!
– Вам обоим следует!..
Разговор членов Конклава прервал маленький зверек со свитком в зубах. Пробежавший между ног архангелов, он юрко убегал от худощавого ангела в янтарном кардигане. Ангел же то и дело рисковал вспахать носом пол в попытках наскочить на лисенка и застать врасплох пушистого задиру. И пусть нос ангела остался цел, но свои рукописи он рассыпал, что было не лучше.
– Мы вам не помешали? – съехидничал Гезария, с пренебрежением осматривая ангела, что рассыпал свитки. – Юноша, вы не в силах совладать со своим фамильяром?
– Дасих и’ре бетха, – прозвучало в ответ. – Прошу прощения, господа. Он просто должен уже спать по расписанию, вот и капризничает. Иб либэ Х’А, я тороплюсь.
– Упражняетесь перед экзаменом?
– Я – преподаватель. А вот вы, явно не поняли сарказма, – Алан добродушно усмехнулся. – Даже первокурсник знает, «иб либэ» может означать не только «хорошего дня», но и «долгого пути», что является ключом к…
– Фамильярничаешь? Не забывай с кем ты говоришь. На первый раз мы втроем сделаем вид, что твои слова нас не достигли, а ты заберешь своего грызуна и уберешься отсюда. Иначе выпишем тебе штраф за неуважение к чинам, – жёстко отрезал Гезария.
– Штраф?.. – Алан, нахмурившись, чуть заметно разочарованно выдохнул. – Не перестаю убеждаться, что сделал правильный выбор. Х’А, господа.