– Мы не должны оставить безнаказанным тот ужас, в который это чудовище повергло школу в самом начале семестра. Эти дети не могли успеть в чем-то провиниться, чтобы заслужить такое…
Профессор Архан в тот момент устроился в кресле своей коллеги и с негодованием разглаживал пальцами небольшую царапину на столе, кивками выражая свое согласие. Он молчал на протяжении всей тирады Терры, и лишь в конце добавил:
– Возьми мой Ключ Архитектора и схвати это ничтожество за горло, – с холодным взглядом произнес он.
Прогуливаясь вдоль молодых деревьев, Мсаш вышел в сад, цветущий по-осеннему, словно в последний раз. За оплетенными виноградом колоннами он разглядел фигуру ангела в зеленом платье. Она сидела на коленях в траве и пересаживала молодой побег гиацинта.
Демон уже хотел подойти, высмеять тщетные попытки спасти растение, к тому же прочитать нотацию, что гиацинт цветет только весной и что его нельзя…
Мертвые стебли цветов легли у основания молодого стебля. Заботливые руки полили землю, и ангел стала спускать искры в мертвые растения, что-то тихо шепча в каждую из них. Методично и скрупулёзно. Одну за другой. После она склонилась перед цветком, словно и ему что-то шепнув. Мертвые стебли стали грубеть и вплетаться вглубь. Они превращались в корни и уходили под землю, а цветок начал медленно раскрываться от бутона к бутону.
Стояла осень.
Демон смотрел на распустившийся гиацинт с каменным выражением лица, дрогнувшим всего на мгновение и застывшим вновь.
Старые цветы стали основой для новых. Храня эту мысль в голове, Мсаш направился к школе, ожидая встречи с профессорами. В раздумье он едва заметил у выхода из садов разорённый цветник. Замерев, демон рассматривал истоптанные кем-то растения, часть из которых так и осталась вдавлена в землю. Другая же часть была кем-то выкопана.
Та ангел… Она хотела спасти одних, жертвуя теми, кому уже не помочь. Очень непохоже на ангелов. Они обычно слишком мягкотелы для такого.
Мсаш направился в сторону башни Испытаний. Картина понемногу складывалась.
***
Спустя несколько часов в зале Двух стихий проходил завтрак, когда, один за другим, все учащиеся начали замолкать.
– Ну вот, я начинаю ускорять шаг, а тот, кто как я думала меня преследовал, тоже начал ускорять шаг!..
– Тс-с, Скарлет, – приложив палец к губам проговорил Гас, обращая внимание красавицы на замолкающих учеников школы.
– Да что такое?
Малышка Эйер обернулась. Профессор Терра, до этого сидящая на своём месте за столом преподавателей, молча встала. Она не привлекала ничьего внимания, но ученики сами замолкали заметив, что профессор поднялась. Даже работники кухни, выбежавшие в зал с новыми блюдами, замирали на месте, ожидая слов профессора.
В зале становилось всё тише, и когда все ученики смолкли, профессор начала говорить.
– Уважаемые обучающиеся, займу у вас минуту вашего внимания. Хотелось бы объявить вам, что, начиная с сегодняшнего дня, в нашей школе появляется новое правило. – По залу прокатилась волна шёпотов. Учащиеся со страхом и тревогой ожидали, что за новое правило всем им придётся соблюдать. Волнительно. На фоне происходящих событий, объявить профессор могла едва ли ни о чём угодно. – С этого дня ангелам и дьяволам запрещено общаться вне учебных занятий. На особом контроле будут находиться учащиеся первого курса. Пожалуйста, отнеситесь с пониманием к данной мере предосторожности. Также, хотелось бы вам напомнить о важности соблюдения комендантского часа. С восьми вечера вам запрещено покидать замок. Спасибо за ваше внимание, можете возвращаться к завтраку.
Поклонившись, профессор Терра села за преподавательский стол.
Все возвратились к своим делам. В зале не слышалось ни волнительных перешёптываний, ни возмущений или недовольств. Всё абсолютно спокойно, будто новых правил и не появлялось. Ведь не о чем переживать, если тебе запрещают делать то, чего ты делать и не планировал.
– Ну вот, я не рассказала до конца, – продолжила свою историю Скарлет. – Ускоряю я шаг, а сзади…
– Вам не кажется это странным? – пробормотал Гас, посмотрев на Эреба и Скарлет, сидящих напротив. – Ничего ведь не произошло. С чего такое правило?
– Мне больше кажется странным, что меня никто не слушает, – возмущённо проговорила малышка Эйер.