Стоило сцене достичь центра дорожки, как музыка смолкала, и спектакль замирал, оставляя выбранную концовку у всех на виду.
Анфиса, удовлетворённая спектаклем, ушла к одному из окон, ожидая, когда же наступит заветный час встречи. Новое правило, появившееся столь неожиданно, путало дьяволице все карты.
– Какая ты славная, – зажмурившись, улыбнулась Лили.
Ангел присела за стол к Тиане и Эвану, вместе с которыми сидела пока ещё незнакомая ей девушка. Вчера юноша заселился к ним один, так как его подруга, о которой он говорил, постеснялась переезжать в комнату, не познакомившись со своими будущими соседками.
– Вы с Эваном друзья?
– Видимо, да… – робко проговорила ангел.
– Эй, а это ефё фто знафтит?! – с возмущением пробухтел набитым ртом Эван, услышав слова девушки. Тиана, заслышав ответ незнакомки, расхохоталась, вогнав её в краску.
Это была миниатюрная ангел с белой, фарфоровой кожей. Её небольшой нос-пуговка был едва заметен на фоне больших розовых глаз, с любопытством и волнением осматривающих всё вокруг. Свои белокурые волосы ангел заплетала в два высоких хвоста, но даже так их ярко-розовые вьющиеся концы достигали талии девушки. От волнения, она нередко переминала кончики своих волос в руках, а лёгкая косая чёлка помогала прятать глаза, если девушка смущалась.
– Лили, – подруга Тианы протянула незнакомке руку.
– Лулу́, – будто передразнивая, протянула руку ангел.
– А, нет. Лили.
– Я знаю. Лулу.
Лили, насупившись, перевела взгляд на Эвана, надеясь, что хотя бы он объяснит, что происходит. Объяснений не последовало. Весь красный в попытках сдержать смех, Эван, всё же не выдержав, разразился хохотом, обратив на себя внимание доброй половины присутствующих в столовой. Просмеявшись, ангел заговорил:
– Лили, позволь представить тебе Лулу Мэрли. Наша однокурсница. Шестнадцатое место на вступительных.
– Ну, Эван… – пролопотала Лулу, спрятав лицо в волосах от смущения.
– Ой, как неловко получилось, – прикрыв губы рукой, проговорила староста. – Я было подумала, что ты издеваешься.
– Эх, да я поняла…
– Да расслабься ты, Лулу! – закинув на плечо новой соседки руку, проговорила Тиана. – Эван, конечно, по-видимому одержим местами в рейтинге, но нам, честно говоря, всё равно. Рада знакомству с тобой.
За беззаботными беседами, Лили и не заметила, как быстро приблизилось время встречи с дьяволицей. Увидев, что до назначенного часа осталась всего пара минут, ангел вскочила из-за стола.
– Лили?
– Мне пора! – неожиданно воскликнула девушка, спешно проверяя, не забыла ли она чего за столом.
– Куда? Сегодня же нет занятий.
– Занятий нет, а планы есть. Кажется… – неуверенно проронила ангел, и эта неуверенность заставляла Тиану подозревать неладное.
– Но ты потом мне!..
– Да-да, всё расскажу!
– И мне! – восклик Лулу остановил Старн на полпути к дверям. Обернувшись, староста увидела смущённую и встревоженную девушку, с робостью смотрящую на… Новую подругу? Они теперь подруги? Эти пугающие вопросы так и читались в розовых глазах ангела.
– И тебе, Лулу, – кивнула Лили и, махнув друзьям, побежала к дверям.
– То есть я один тут останусь в неведении?! – Лили услышала далеко позади возмущённый восклик Эвана, а вслед за ним смех своих подруг.
Выбежав из зала Двух стихий, ангел огляделась в поисках дьяволицы. Не найдя её среди других небесных, стоящих у входа, Старн двинулась вдоль стены второго этажа, заглядывая на широкие подоконники, где её могла ждать Калео. Лили оказалась права. На самом дальнем от входа подоконнике, прямо в самом углу за колоннами, сидела Анфиса. Качая повисшей с подоконника ногой, она, прикрыв глаза, о чём-то размышляла. Заслышав шаги ангела, девушка обернулась.
– О, мой Миротворец, – хмыкнула Калео.
– Анфис, тут такое дело… Это новое правило…
– О, не переживай, я всё равно занята сейчас, – осматривая свои ноготки, с довольством перебила старосту дьяволица. – Я и не думала, что ты правда пойдёшь со мной куда-то.
– Что?
– Ну, – Анфиса, соскочив с подоконника, подошла к ангелу. – Злая и лживая дьяволица, – указала на себя девушка. – Добрая и наивная ангел, – тыкнула она в грудь Лили. Анфиса заулыбалась лишь пуще, обнажая клыки. – Сразу было ясно, что всё останется на своих местах. Ты слишком благочестива для общения со мной.