– Слушай, ты не против, если я?.. – Лили, вытянув из своей сумки свёрток с чем-то пряным, пахнущим корицей, смущённо пожала плечами.
– Есть хочешь? Так пошли в школу.
– А потом разойтись?
– Нет, вернуться.
– Ага, возвращаться обратно, рискуя попасться архангелам? Ну уж нет, – смутилась девушка. – Лучше уж вообще остаться голодной, чем так.
– Твоя правда. Да, ешь, конечно!
Лили, зажмурившись, разорвала свёрток пергамента и из него вырвался сладкий запах свежего печенья с корицей. Дурманя своим ароматом, он, к счастью для Анфисы, уносился ветром. Но вот к несчастью, происходило это не сразу, и он успевал подразнить голодную дьяволицу. Живот девушки предательски заурчал.
– Будешь? – Лили, пододвинув свёрток Калео, начала жевать печенье.
– Я не голодна, – отмахнулась от ангела девушка. Живот дьяволицы вновь заурчал, будто выражая протест упрямице, отдаляющей его от встречи с печеньем.
– Откуда же тогда эта китовая песнь? – поджав губы в попытке сдержать смех, ехидно спросила Старн.
– Ох, просто дай мне уже своё чёртово печенье, – раздражённо пробурчала Анфиса, прикрыв покрасневшие щёки фиолетово-рыжими локонами.
Ангел вскинула голову, уперевшись взглядом в небо, чтобы ещё больше не смущать Калео. Анфиса, хоть и зная, что это ничем не поможет, всё же вытерла руки об одежду и аккуратно взяла печенье.
Калео ощутила в душе далёкое, малознакомое чувство. Что-то похожее на смесь мимолётного счастья, беззаботности и… Привязанности? «Глупость какая-то…».
Пусть Анфиса и пыталась удержать их, её маски соскальзывали, оставляя всё меньше вопросов у Лили, позволяя наконец понять дьяволицу. Сделать то, что, казалось, было невозможным для ангела. Анфиса больше не внушала тревоги, как раньше.
Ни одна из них вчера и вообразить не могла, что будет так долго и беззаботно общаться с представителем противоположной сущности, и в этом закутке сада словно у них нет ни нимба, ни рогов. Будто теперь их не разделяет стена, которой были не только все устои их мира, но теперь и правила школы.
Теряя счёт времени, девушки даже и не думали, что их тоже мог кто-то потерять.
Эван, сидя в гостиной вместе с Лулу, выпутывал пальцы девушки из сплетения нитей. Ловели учил свою подругу плести фенечки из ниток. Одну из таких он носил на правой руке вместе с тонкими красными браслетами из камня и стекла. Браслеты нередко привлекали внимание Мэрли и, завидев её любопытство, ангел предложил однажды научить её плести незамысловатые украшения.
Хоть парень и старался сосредоточиться на Лулу, он всё же постоянно отвлекался на настенные часы, что висели над дверью в коридор. Беспокойство снедало Эвана. Лили ушла совсем ранним утром, потом внезапно появилась на завтраке, и с того момента ангела никто не видел. Какая-то тревога трепетала в груди, не позволяя насладиться неожиданным выходным и приятным обществом подруги.
– Прости, Эван, – тихо заговорила Лулу, сидящая в объятиях парня. Руки малышки дрожали. Мэрли то и дело поднимала голову и взгляд розовых глаз на своего учителя фенечкоплетения. Девушка принимала волнение Эвана за раздражение, а постоянные быстрые взгляды на часы, как признак того, что парню уже надоело с ней возиться. От этих мыслей и сама девушка начинала немало волноваться. – Я такая растяпа.
– Ты молодец, Лулу, не переживай, – успокаивая подругу, уронил ей на макушку подбородок ангел. Розовый нимб девушки защекотал нос парня. – Я ещё дольше тебя учился! Зато посмотри, какие хорошие и крепкие узлы ты заплела в самом начале! Правда кривоватые…
– Эва-а-ан…
– Не кривые, а извилистые! Я не так выразился.
– Это не лучше-е-е!
Лулу, наконец освободившись от пут, прикрыла лицо своими длинными хвостиками, пока Эван отмерял новые нити для попытки номер… Номер?.. Да кто считает после двух десятков?
Пока ангел заботливо отсчитывал каждый сантиметр, чтобы у его подруги получилось сплести желанное украшение, в комнату ввалилась Тиана. Арсенс, вся красная и запыхавшаяся, громко простонала и, хлопнув дверью гостиной, упала на диван, перед которым сидели её друзья.
– Я сдаюсь! – воскликнула девушка, спрятав лицо в сгибе локтя.