Архангелы, уложив носилки на землю, отошли от них, кивнув профессору Архану, всё это время молча стоящему рядом со своей коллегой и дьяволицей. Профессор, подойдя к вынесенному архангелами телу, присел перед ним и, обернувшись на женщину, откинул простыню.
– Сынок!!!
Целиса, разрыдавшись, упала в траву возле тела. Отбросив промокший насквозь платок, женщина, с трудом держась на трясущихся руках и коленях, подтянулась ближе к телу своего ребёнка. Сев рядом с носилками, взмокшими руками она взяла остывшее лицо сына в руки. Болезненно оглушительный крик дьяволицы разнёсся над школой, взмыв в небеса. С её губ срывались несвязные слова, разобрать которые было невозможно из-за рыданий. Мокрые руки стали холодными. Слёзы капали на лицо сына, и кровь, застывшая брызгами на нём, начала стекать, затекать в шоколадно-коричневые волосы парня.
– Кла-а-арк! – разнёсся ещё один крик перед школой.
– Кларк? – Лили, снедаемая тревогой и интересом, затащила окаменевшую Анфису за крылья обратно в сад. – Да что там происходит?
– Кларк… – дрожащим голосом пробормотала Калео. – Там Кларк, Лили. Он мёртв.
– Что?
Стянув с застывшей в ошеломлении Анфисы кардиган, Лили, небрежно намотав его на голову закрывая нимб, аккуратно высунулась из-за стены сада.
Архангелы всё так же толпились в стороне, когда профессор Архан стоял недалеко от тела, лежащего в траве на носилках. Профессор Терра, сидя на коленях, держала за плечи ту самую женщину, судорожно плачущую над телом своего сына.
Целиса, пододвинувшись ещё ближе, подтянула к себе тело Кларка, уложив его голову на колени. Все её руки были в размокшей кровавой грязи, остающейся на них разводами.
Лили и саму начала одолевать дрожь в коленях. Как?.. Их однокурсник… Когда? Сегодня утром? В обед? Вчера?
– Вчера… – тихо проговорила Анфиса, будто подслушивающая мысли ангела. Дьяволицу, которую из состояния ужаса вырвал крик потерявшей ребёнка матери, била дрожь. – Когда он ушёл с урока искусства… Что, если это произошло тогда?
Калео обернулась на Лили. Ангел смотрела на Анфису с глазами, заполняющимися слезами. Она ведь говорила, говорила ему не уходить!
– Его не видели с того момента, а утром кто-то сказал Фелисии, а та Скарлет, что Кларк ушёл из школы.
– Ты думаешь, что э-это?.. – пролепетала ангел.
– Это опять началось.
Недолго думая, Анфиса затащила Лили на пару шагов глубже в закуток сада и, стянув с её головы свой кардиган, спешно натягивала его на себя, не заботясь о застёжках под крыльями.
– Плевать, что нельзя лететь. Архангелы сейчас не обратят на нас внимания. Живо в угол сада, и оттуда летим по комнатам! – угрюмо и строго говорила Калео. – Если нас заметят сейчас, то точно отошлют по домам, поняла?
– И никому ни слова, – кивнула Лили.
Анфиса, медленно подойдя к золотой арке, вновь аккуратно выглянула из-за неё, надеясь разведать обстановку, узнать, чем заняты профессора и архангелы. Девушка не подумала, что ведь однажды их уже должны заметить. И этот момент настал.
Стоило Калео только показать нос, и она увидела, как в полутьме, освещённой лишь факелами у школы, алой искрой сверкнули глаза профессора Терры, пытающейся не смотреть на изорванное тело своего ученика. Профессор, сдвинув тонкие брови к переносице, всматривалась во тьму садов и была абсолютно уверена, что мгновением назад видела промелькнувшие локоны фиолетово-рыжих волос.
– Прошу прощения, Целиса, мне нужно отлучиться на некоторое время… – тихо проговорила профессор Терра, взглянув в серебряные ясные глаза Архана.
– Мы дадим вам столько времени, сколько потребуется, – меняясь местами со своей коллегой, понизив голос, проговорил руководитель ангелов.
– Мне никогда не будет достаточно времени, чтобы с ним попрощаться… – слова, сотканные из горечи, едва коснулись слуха профессоров.
– Бежи-и-им! – сдавив руки ангела будучи в ужасе от взгляда своей преподавательницы, пискнула Калео.
Анфиса, рванув вглубь садов, потащила за собой Старн. Как же она жалела, что так хотела когда-то увидеть этот алый цвет глаз.
Достигнув тупика, ангел и дьяволица раскрыли крылья и, поднявшись в воздух, помчались в сторону школы, летя так низко над лабиринтом, как могли. Лили чувствовала, как ткань её одежды цепляется за ветви зелёной изгороди, выворачивая и ломая их. Не прощаясь, девушки разлетелись в разные стороны, только тень школы накрыла их за стенами лабиринта.