– Сила и Суд?
– Что-то плохое? Пока звучит, вроде, не так страшно…
Фелисия промолчала. Сощурившись, она всматривалась в карты, словно пытаясь разобрать сказанные ими чуть ранее слова, которые она прослушала за светской беседой с кем-то о погоде. Скарлет же всматривалась в дьяволицу, сидящую перед ней. Глаза её однокурсницы поблёскивали, отражая в себе звёздными огнями пламя свечей. Серебряные кольца, коих было в избытке на пальцах Фелисии, порой бросали крохотные блики на лицо малышки Эйер. Фелисия в раздумьях потирала большим пальцем одно из колец на указательном.
– Новая компания. Период важной трансформации. То, что происходит сейчас, требует решения, но у тебя, или же у вас, будут силы отыскать решение, но потребуются время и силы.
– А подробнее?
– Переломный момент, потеря прошлого, а с ним свет будущего. Изменения. Необратимые. Время возрождения. Начало нового пути. Большая проблема, на решение которой у вас будут силы. Поступки, за которые придёт расплата, принесённая вами или кем-то. Длинный путь.
Скарлет молча пожирала взглядом Фелисию. Потомственная таролог, ощутив этот взгляд, прикрыла глаза. Не взглянув на Скарлет, она поднесла руку к картам, медленно пронося её над ними.
– Колесница – изменения необратимые и резкие. Пустая колесница сметает всё, чему не повезёт оказаться на её пути, но уверено мчит в будущее. Грядёт нечто большое. Сила – борьба, в которой ты, или же вы, должны будете проявить твердость, иначе «сила», какие-то обстоятельства или перемены, несущиеся в колеснице, просто разорвут всё на кусочки. Проявив же стойкость, ты будешь… вознаграждена успехом. Суд же, в сочетании с этими картами, можно трактовать так: всем воздастся по их поступкам, и перемены будут удачны, если вы изначально проявите себя. Но перемены эти… Не жди их в ясный день. Они могут прийти неожиданно, словно гром среди ясного неба. И не жди, что они обязательно понравятся тебе. Произойдёт то, что произойдёт, и это будет никак не изменить.
Глубоко вдохнув и медленно выдохнув, Фелисия одним движением аккуратно смела карты в руку. Девушка, словно выходя из медитации, медленно вмешивала карты в колоду.
– Всё равно как-то туманно, – пробормотала малышка Эйер.
– Я предсказываю движение будущего пути, а не даю точные ответы на экзамены, дорогая.
– А про тебя что карты говорят?
– Я себе не гадаю.
– Почему? Самой себе платить неохота? – улыбнулась малышка Эйер.
– Нужно быть прозрачной, когда читаешь карты. Быть равнодушной и безучастной к судьбе, ответы к которой ты пытаешься отыскать. А себя я люблю. Не могу быть равнодушной, – с самодовольной ухмылкой пожала плечами Фелисия. Дьяволица, мотнув головой, откинула белёсые волосы назад.
Встав с пола, дьяволица отошла к витрине. Скарлет думала, что её однокурсница положит колоду на своё место, но вместо этого Фелисия поставила короб на соседнюю с витриной полку, залитую воском и заставленную почти прогоревшими свечами. Заметив озадаченный взгляд Эйер, Фелисия вздохнула:
– После полуночи буду очищать карты, не хочу их пока класть рядом с остальными.
– К слову, о друзьях…
– Это не к слову. Мы не о друзьях говорили, – скрестив руки на груди, вскинула бровь потомственная таролог.
– Ну, раз уж я заговорила, – продолжила Скарлет, – что случилось с Кларком?
– Говорим о друзьях, а ты мне о незнакомцах, – засмеялась Фелисия, опершись бедром на одну из своих полок. – Да что я могу о нём сказать? Закари сказал Шону, а тот мне, что Кларка после урока искусства они не видели. Мол, он просто сбежал из школы домой, да так спешил, что даже вещички свои тут оставил. Пришлось парням самим всё собирать. Они передали вещи Далиле, а та профессорам. Вот и всё что я знаю, собственно. А что это ты? Влюбилась? – Игриво сощурившись, проговорила девушка.