Упав на бордовую банкетку, гостья закинула ногу на ногу, позволяя платью соскользнуть и открыть светлые, нетронутые лучами солнца колени. Запах, окружающий банкетку, отчего-то до боли знакомый, смутил давнюю приятельницу профессоров, заставив её на мгновение прищуриться в попытке вспомнить.
– Фама? Вот это встреча. В нашем кабинете. Как неожиданно.
– О, Архан, стучись я в каждую дверь, сколько бы сенсаций удавалось спрятать под крышкой стола?
– И скольких сердечных приступов избежать, – профессор Терра, встревоженная неожиданным визитом, пристально разглядывала женщину.
– Приступ – и признак сенсации, и сенсация сам по себе.
Когда-то богиня сказания и молвы, сейчас же она была известна никак иначе кроме как богиней сплетен. И всё же, репутация Фамы не помешала ей основать один из самых популярных журналов среди небесных. «ЧЕСНОК» – «Честные Еженедельные Сенсационные Новости О Каждом». По крайней мере в этот лозунг верила как сама Фама, так и её адепты. Любой уставший студент Рокшедерва́та – имайехада письменности, языка, скрижалей и рунологии – мечтал однажды стать сотрудником «ЧЕСНОКа», так много дверей открывалось, стоило небесному прийти именно туда. «В этом мире вечны солнце, луна, и новый выпуск "ЧЕСНОКа" каждый седьмой день» – с довольством говорила богиня.
– С чем пожаловала, дорогая? – профессор Архан, вынимая из шкафчика у своего стола фарфоровый сервиз, протянул одну из чашек богине. Фама, подняв ладонь, покачала головой.
– По школе ходят дурные вести, – богиня, шире растянув белозубую улыбку, прислонилась спиной к стене. – С губы на губу – это узнали тысячи. Затем я и здесь.
– Ещё не планируете менять название на «ЕСНОК»? – понимая, к чему клонит богиня, Терра насторожилась лишь больше.
– У тебя какие-то новости, Фама?
– Скорее у вас для меня. Как и у матери того мальчика. Как же его… Быть может… Кларк? – доброжелательный взгляд во мгновение сменился кровожадным. Сама того не заметив, кончиком языка Фама скользнула по нижней губе, заставив её заблестеть. – Что же там произошло в тот вечер?
– С тобой связалась Целиса?
– Почему все так сомневаются в моём мастерстве? – словно обиженно обронила богиня. – Неужели хорошему журналисту нужен кто-то чтобы выискать сенсацию? «Четвёртая трагедия пошатнула равновесие в школе Равновесия! Правда ли жизнь ангелов и дьяволов под одной крышей так безопасна?». Надо ещё подумать над заголовком...
– Фама, ты не можешь!..
– Вино и дети говорят правду, – прерывая тираду разгорающуюся в груди архангела, проговорила богиня, встав с банкетки. Подойдя к Архану, она пригладила топорщащиеся плечи его мантии. – И сейчас они не смолкнут. Все всё видят, Архан. И если со мной вы говорить не желаете, придётся вести монолог.
В дверь вновь постучали, прерывая беседу разных, но равных в своей силе руководителей. Мальчишка-ангел, молча войдя в кабинет, не поднимая глаз, протянул серебряный поднос с чашкой богине. Даже не взглянув на своего подчинённого, Фама опрокинула принесённый им на подносе кофе.
– Отвратительно. Переделать. Tora[2].
Так же молча как он и зашёл, ангел вновь скрылся за дверями кабинета.
– По запаху определила, что кофе плох? – опустив взгляд на тёмное расползающееся по ковру пятно, холодно выдавила руководительница дьяволов.
– Ох, Терра, – лицо Фамы вновь приобрело хищное выражение, – тебе ли не знать, что даже самым верным подчинённым стоит напоминать о стандартах. Быть может это был лучший сделанный им кофе, но сейчас, вернувшись на кухню, он точно пересчитает каждое положенное в брик[3] зёрнышко. Да что уж там… Он самолично перетрёт кофе в ладонях, лишь бы в этот раз всё было более чем идеально. Неужели у вас не так? Быть может потому расследование так долго в тупике?
– Не понимаю о чём ты говоришь, – стоило Фаме обернуться на демонессу, как профессор Терра заглянула в глаза богини, не теряя хитрой усмешки на тонких губах. – Кто тебе сказал, что расследование стоит на месте? Или великая журналистка верит случайным слухам и не проверяет информацию до конца? Поговори с архангелами, демоном из Совета. Уверена, узнаешь много нового. Если, конечно, твой статус будет признан равным хотя бы Господству.