– Вы всё-таки будете готовить? – защебетал восторженный высокий голос.
– Лулу, тебе стоит вернуться к раковине, если ты не собираешься искать каждой твари по паре.
– Ой!
Вернувшись в гордом одиночестве, но с вымытой сковородой и стащенной из каморки полудюжиной яиц, Анфиса вышагивала к печам будто за медалью. Встреченная тихими, но радостными возгласами Скарлет и Эреба, она вместе с соседями продолжила наводить ужас на Эвана.
Для себя Лили отметила, что как бы Ловели не упирался, когда требовалось что-то делать, он тут же прислушивался к дьяволам. И пока Анфиса выполняла роль массовки, увеличивая своим присутствием подавляющее большинство дьяволов, Скарлет и Эреб, судя по всему что-то мыслящие в готовке, руководили ангелом.
Подпирая кулаком голову, Лили закрыла глаза. За голосами её однокурсников она слышала, как шипит на сковороде масло, как перекрикиваются в другой части кухни повара, как бурлят супы в кастрюлях и трещат от жара печи. Где-то позади гремела вода, разбиваясь о тарелки в раковинах, и звенела встающая на железные решётки полок посуда. Место, где сложнее всего было оставаться голодным и вычленять из всего грохота, звона, говора и шипения отдельные звуки, сейчас казалось самым спокойным и безопасным в школе.
– Аккуратнее, ну аккуратнее же ты!
Возле лица Лили проскользнул жар, а вслед за ним потянуло ароматом готовой яичницы. Мгновение покоя и правда длилось лишь мгновение. Лили раскрыла глаза, когда дьяволы и Эван столпились вокруг сковородки с шипящей на ней растёкшейся глазуньей. Старн с интересом наблюдала, с каким нетерпением её однокурсники переминаются у стола, но всё не решаются вкусить плод своей совместной работы.
– Да не может быть всё так плохо!
Анфиса, рискнув первой отведать шедевр из-под рук Эвана, схватила деревянную лопатку и, отломив кусок яичницы, зажмурившись, закинула его в рот.
Первая же попытка прожевать сопроводилась хрустом на зубах Калео.
– Ой, не всю скорлупу выловил, – взволнованно часто заморгал Эван.
Вся гамма эмоций на лице Анфисы слилась в единый молчаливый крик о помощи. И пока все вокруг стояли с тревогой не сводя глаз с девушки, Лулу приволокла Тиану к столу. Ангел, с недоверием смотря на Калео, закатила глаза и, тоже отломив кусок от яичницы, не раздумывая отведала блюдо. Взгляды смотрящих перескочили на Тиану, и уже ангел выглядела просящей о помощи. Обе девушки были словно скованны этим вкусом, из-за которого они старались даже не дышать.
– Да что вы туда добавили… – Лили, склонившись над сковородой, сосредоточенно принюхивалась, пытаясь уловить хоть нотки чего-то странного.
– Ведро за печами… – понуро проговорил Эван, и тут же обе девушки бросились от стола.
– Чего тут у вас за собрание?
Голос Матильды, так неожиданно возникшей позади Эвана и Эреба, ужалил страхом первокурсников. Мальчишки, обернувшись на духа, прижались плечом к плечу, стараясь скрыть причину своего перерыва. Сами того не замечая, Эван и Эреб медленно растопыривали крылья, всё больше закрывая собой всё, что находилось за их спинами.
Проигнорировав отчаянную попытку мальчишек, Матильда раздвинула их руками, открыв перед собой каменный стол со стоящей на нём сковородой и скудным завтраком.
– Да вы голодные что ли?! – воскликнула, всплеснув руками главная повар. – На моей кухне, и голодные! Ну, благо, догадались хоть сами что-то сварганить! Только… – брови Матильды сдвинулись навстречу друг другу. – Вот же ж! И как вам, вкусно? Вы где эту сковороду взяли? – дух засмеялась, приложив руки к щекам.
– Она за печами лежала, – пытаясь о зубы соскоблить что-то с языка проговорила Анфиса, шедшая обратно к столу.
– Конечно за печами! Там ей и место! На ней что ни приготовь, всё будет со вкусом затухшей курицы. Мы для вашего хтоневеда иногда на ней готовим! Ой, что я говорю… Для его живности! Вы бы хоть спросили про утварь, прежде чем яйца изводить.