— Прости, ты кто?
— А ты разве… не Кстартни?
Томми уже и сам видел, что это другой лигрианин. Похож, но другой. Кожа слегка темнее, хвост немного короче, глаза расставлены чуть пошире…
— Нет, не Кстартни… Но так звали моего дедушку, может быть, ты его ищешь?
Томми посмеялся и ответил:
— Не-е-ет, это вряд ли, он ещё ребёнок.
Но затем на всякий случай спросил:
— А фотка есть?
Мало ли кого здесь могут назвать дедушкой. Незнакомый лигрианин показал фотографию на планшете. С экрана на него смотрел тот самый Кстартни, его любимый друг Кстартни, по которому он так скучал.
— Да, да, это он! Что ты мне лапшу вешаешь, как он может быть твоим дедушкой! А он здесь ещё живёт? Можешь его позвать?
— Нет, он… умер недавно, — пробормотал лигрианин и опустил голову.
— Умер?
В глазах у Томми потемнело, ноги ослабли, и он прислонился к дверному косяку.
— Нет, нет, нет! — Слёзы брызнули из глаз. — Как это может быть, что случилось?
— Ну, он старый был уже. — Лигрианин грустно развёл руками.
— Старый?
По щекам Томми текли слёзы, он стоял, прислонившись к косяку и растерянно глядя на лигрианина перед собой.
Тихонько к нему подошла мама и обняла его. Она знала, как быстротечна жизнь лигриан.