Что-то щелкнуло у меня в мозгу:
— На вас нет обручального кольца.
Блондинка посмотрела на собственную руку, как на чужую:
— Да. Да… Кто же меня возьмет, — она слабо улыбнулась — Дан не говорил? У меня не может быть детей.
Видимо решив, что разоткровенничалась без надобности, Оксана быстро пригладила прическу и протараторила:
— Ну, всё! Надеюсь, позвоните, когда родится малыш! Арриведерчи!
Так и закончилось утро. Все разъехались по домам и постелям. Только Максимус остался не выгулянным. Хорошо, что хоть в квартире кучу не наделал!
Послышалась знакомая мелодия.
Сообщение от абонента: FreeLancer
Открывайте дверь.
Быстро допив успевший остыть чай, я пошла выполнять указание. При виде хозяина, дог быстро понизил степень собственного оптимизма и уселся попой в дверях спальни.
— Добрый день, — должна же была я хоть что-то сказать.
Паньков молча кивнул и начал разуваться. Последний раз мы виделись часов пять назад, а он до сих пор не сменил прикид. Только теперь в одной руке он держал ключи от машины, в другой — до боли знакомую серебристую папку.
Сон как рукой сняло.
— Чай или кофе? — спросила.
— Кофе, пожалуйста.
Традиционный прием напитков с бутербродами мне показался целой вечностью. А дорогой гость, кажется, намеренно оттягивал момент разговора, отпивая мелкими глотками. И взгляд такой задумчивый.
Закончив, он не спеша протёр рот салфеткой, открыл серебристую папку и молча развернул ко мне. Я сглотнула слюну и сделала вид, что вижу её впервые. Наверху лежала фотография… инвалида. Некий Г.К.Зюков.
— Это… — товарищ дорогой замялся, не зная как описать столь щедрое подношение.
Я быстро листнула фотокарточки. Всё тоже самое. И я с Оксаной. Правда, в самом конце.
— Что значат красные, синие и зелёные крестики? — прямо спросила.
Фрилансер ощутил почву под ногами:
— Красные — враг, синие — нейтральные объекты, зеленые — семья.
Прелестно.
— Что это значит? — я взяла свое «досье» и показала товарищу на цвет крестика.
— Не догадывайтесь?
— Честно? Не очень.
Паньков криво улыбнулся. Издевается что ли? У меня не было родственников с его фамилией. Более того, маман свято клялась, что мой отец был блондином.
Ужас какой. А ведь он брюнет, на тон темнее чем я. А глаза — тоже ведь серые!
Бред. Между нашими чертами лица нет совершенно ничего общего!
— Это тренировочный список Максимуса.
Как всё было просто-то, а.
— Вы дрессируете пса нападать на людей? — удивилась.
— На конкретных людей, — поправил — Да.
Я попробовала сделать глоток из кружки, но та была пуста.
— И почему же Дмитрий Николаевич красный, а Аристарх Сергеевич синий?
— Так надо.
— А почему я зеленая, а не синяя?
Паньков посмотрел на меня как на умалишенную. Ладно. Сделаем вид, что не задавали этот вопрос.
— И что мне с этим делать? — вежливо спросила.
— Ознакомьтесь и спрячьте.
Интересно.
— Вы что, не собираетесь забирать Максимуса к себе?
— Нет. Он будет жить у вас.
Ага. Это он меня предупреждает или перед фактом ставит?
— Деньги на еду я вам дам…
— С этим нет проблем, — отрезала.
— Он много ест, — нахмурился фриланер.
— Знаю, — ещё не хватало брать зелень на мясо собаке — Но вы уверены, что он должен жить у меня? Вы снова куда-то уезжаете?
Если честно, в это верилось с трудом. Вот и Паньков покачал головой.
— Мы с вами должны поговорить, — пробасил — Я надеюсь на ваше благоразумие.
— Я слушаю, — поежилась.
— К вам пытался приблизиться конкурент моей фирмы, вас это не настораживает?
Честно? Я об этом даже не думала.
— Ну, сейчас вы мне это сказали и я насторожилась, — кивнула — И что? Будут ещё попытки? Спасибо, что отдаёте Максимуса!
Паньков погладил бровь большим пальцем:
— Думаю, если они захотят, Максимус не будет преградой.
Так, я что-то упускаю.
— Вы хотите сказать, что ваши конкуренты на меня с пистолетами пойдут? Зачем? По-моему если один раз не получилось, дальше меня трогать не будут. Не такая я уж крупная фигура, — я даже слабо улыбнулась — Вы бы за своих сотрудников поволновались.
— В том то и смак, что до моих сотрудников им нет никакого дела. Планируется взять фирму через меня. У них уже и подставной директор готов.
Ужасы какие-то он мне тут рассказывает.
— Надеюсь, вы ходите с охраной?
— Нет, — растерялся.
— Зря! Вы же в состоянии её нанять!
Милый гость пожал плечами:
— Охрану можно подкупить. Ни к чему рисковать.
В этом, как ни странно, был смысл. Видимо в порыве огородить товарища от опасности у меня отключалась логика.
— Так. Ладно, проехали. У вас есть какие-то варианты развития событий?
— Да, — охотно кивнул — Вы можете переехать ко мне.
Звук бубенца!
— Чего? — я чуть не выронила кружку.
— Вы прекрасно слышали.
Определенно. Но смысл от этого понятнее не стал.
— Вы хотите, чтобы я жила у вас? На вашей территории? — я обвела рукой кухню — В зоне вашего комфорта? В вашей холостяцкой святыне? Там где вы засыпаете и просыпаетесь? Пускаете слюни в подушку? Оставляете дверь в туалет открытой? Ходите голышом?
— Ну, да, — он снова кивнул, будто всё, что я сказала не имело никакой силы.
— Вы в своём уме?
Фрилансер замялся. Очевидно, что прежде чем выставить эту версию, он как следует подумал, но всё же. Было интересно, какой такой тропой он пришёл к подобному умозаключению. Товарищ конечно жил с Полиной, сестрой и возможно ещё с кем-то, но должен был понять, что всё это — не то, к чему он привык.
— Это радикальные меры, — покачала головой.
Паньков повертел кружку в руке:
— А разве друзья не живут друг у друга? Не ночуют?
— Да, но не в нашем же возрасте.
— Почему нет? — удивился.
— Ну, не знаю. Предполагается, что у взрослых людей собственная жизнь.
Товарищ пожал плечами:
— Вы знаете, что у меня нет ни жены, ни детей, ни проживающих со мной родственников. Не вижу никаких причин, почему бы не пожить вместе. К тому же, у вас это определенно будет в первый раз.
Как же он метко бил.
— Я ужасно нервничаю даже в гостях, — поведала.
— Я вас прекрасно понимаю. И посоветовал бы временно пожить с кем-нибудь, но сомневаюсь, что вы захотите втягивать в это семью. С другой стороны, я — ваш друг. Ко мне вы должны обращаться за помощью в первую очередь. Так?
Ещё бы он не забывал, что сам выкопал мне эту яму. Но крыть было нечем. По многочисленным фильмам и литературе я имела вполне «радужное» представление о том, что происходило, когда на крупном предприятии сменялась власть. В ход шли самые оригинальные уловки, от запугивания до голов летящих с плеч.
И почему Паньков не какой-нибудь там учитель математики?
— Мне надо подумать.
В прихожей раздался глухом бум. Максимус пытался выбить дверь боком.
— Совсем забыла, я же с ним не гуляла!
На ходу собирая одежду по комнатам, я оделась, напялила ботинки и уставилась на гостя. Паньков выглянул в коридор, облокотившись на стенку. Провожать вышел. В моей-то квартире!
— Я пока тут побуду. У меня сегодня выходной, — проинформировал.
— О как, — я даже растерялась.
Оставлять постороннего человека, пусть и друга по контракту в собственном жилище не особенно хотелось. Какая изощренная проверка.
Оказавшись на морозном воздухе, я тут же погнала пса в сугробы, но тот как назло не хотел стыковаться с холодной землей. Я решила подать ему пример и уселась в самый низкий сугроб. Пёс скептически уставился на меня, не предпринимая никаких попыток очистить желудок. Ладно. Решив попробовать другую тактику, я повела дога в соседний двор. Дела тут же пошли на ура.