Песня кончилась. Пиппин разошелся и еще дважды громко пропел последнюю строчку, но тут Фродо на него шикнул:
— Тс-с-с! Никак снова копыта.
Путники замерли. Веявший со спины ветерок и впрямь донес дробный перестук, пока еще дальний. Один миг — и хоббитов на тропе как не было: они бесшумно укрылись в густой тени высоких дубов.
— Далеко не убегайте, — шепнул Фродо. — Спрятаться-то надо, но и посмотреть охота.
— Ладно, — тоже шепотом отозвался Пиппин. — Смотри только, как бы тебя не унюхали.
Пока шептались, конский топот приблизился настолько, что спрятаться как следует было уже некогда. Сэм и Пиппин примостились за толстенным древесным стволом, а Фродо — понесла ведь нелегкая — даже подполз ближе к обочине. Луны не было, и в свете звезд тропа казалась бледной серой полоской.
Топот оборвался. Фродо присмотрелся и вроде бы заприметил промелькнувший в сером просвете между деревьями черный мазок. А точнее, два — побольше и поменьше, как если бы тень всадника вела в поводу тень лошади. Одна — которая всадник — раскачивалась из стороны в сторону на том самом месте, где хоббиты убрались с тропы. Фродо уловил памятное по первой встрече сопение, и тут тень приникла к земле и поползла к нему.
Снова нахлынуло желание надеть Кольцо. Противиться не было никаких сил. Рука сама полезла в карман, нащупывая цепочку, но в этот миг жуткую тишину нарушили чистые, ясные, как звезды над головой, звуки: серебристые переливы смеха и звонкая, радостная песня. Тень съежилась, а потом выпрямилась и отползла обратно. Черный всадник бесшумно взлетел в седло, черный конь бесшумно пересек тропу, и оба растворились в темноте.
Фродо осмелился набрать воздуху.
— Эльфы! — воскликнул Сэм хриплым от волнения шепотом. — Эльфы, сударь, провались я на этом месте! — Он рванулся было на голоса напролом, сквозь деревья, но спутники удержали его.
— Верно, эльфы, — подтвердил Фродо. — В Хоббитании они не живут, но сюда, на Кулички, бывает, и забредают со своих Башенных Холмов и по весне, и по осени. А уж сейчас как кстати подоспели! Вы ведь ничего не видели, а тип этот черный уже спешился и прямо на нас пополз. Кабы не их песня… Он как заслышал ее, мигом убрался.
— Ну а эльфы-то, эльфы?.. — нетерпеливо спросил Сэм, и думать забывший о каких-то там Черных Всадниках. — Идем мы к ним, или как?
— Да ты послушай, они сами к нам идут. Погоди чуток и увидишь.
Пение приближалось. Один голос, ясный и сильный, задавал тон. Пели по-эльфийски. Фродо этот язык знал кое-как, а спутники его и вовсе не понимали, но вот ведь диво какое: в голове каждого хоббита прекрасные, но непонятные звуки будто складывались в слова, которые каждый, опять же, понимал немного по-своему. Вот как прозвучала эта песня для Фродо:
— Да ведь это Вышние эльфы! — в голосе Фродо звучало удивление. — Песня-то про Элберет! Ну и ну, их во всем Средиземье почти не осталось. Вот чудеса!