— Уж надеюсь, что с удачей, — звучал его напев, — тут всего четыре мили, вы сегодня доберетесь к темноте до Пригорья. Там остановитесь в «Пони» — мимо всяко не пройти — смотрит окнами на запад тот трактирчик по пути. Содержатель малый честный, хоть и недалекий. Отдохнете — а с утра снова в путь нелегкий.
Хоббиты принялись было упрашивать его доехать с ними хоть до трактира да распить на прощание кружечку-другую, но Том только рассмеялся.
Он подбросил в воздух и ловко поймал шляпу, вскочил на спину Бегунка и, распевая да насвистывая, поскакал прочь.
Путники, привстав на стременах, проводили его взглядом.
— Эх, жаль, что мы остались без господина Бомбадила, — огорченно проговорил Сэм. — Он, спору нет, чудной — другого такого навряд ли встретишь, но с ним как-то спокойнее. Ну да ладно, не худо бы поскорее попасть в этот «Пони», или как его там. Кабы этот трактир да оказался чем-то вроде нашенского «Зеленого дракона»… Что вообще за место такое — Пригорье, кто там живет?
— Всякие есть, — отвечал Мерри, — и хоббиты, и большуны. Считай, что почти как дома. В трактире этом — «Гарцующий пони» он называется — Брендибаки бывали, и ничего — хвалили.
— Пусть и «почти», — указал Фродо, — а все равно не дома. Хоббитания позади, об этом не забывайте. И еще запомните: нынче я вам никакой не Беббинс. Ежели кто спросит, отвечайте — Подхолмс.
Хоббиты тронули лошадок и молча углубились в сумерки. Темнело быстро, а они все трусили и трусили по Тракту — вверх-вниз, вверх-вниз, — пока наконец не увидели впереди мерцающие огни. Заслоняя звезды, перед ними выросла темная громада Кручи, у западного склона которой раскинулось большое селение Пригорье. Туда они и поспешили, думая лишь о том, как бы поскорее оказаться у очага да отгородиться от ночи крепкой надежной дверью.
Глава 9
«Гарцующий Пони»
Пригорье представляло собой крупнейшее поселение в тамошних краях. Помимо него поблизости лежали еще три деревеньки, но так себе, совсем уж крохотные. По другую сторону Кручи прилепилось Становище, в глубокой лощине к востоку лежали Гребешки, а на самой опушке Четского леса — Кривули. Возделанная земля простиралась вокруг холма всего на несколько миль — крохотный населенный островок посреди дикой пустынной местности.
Люди здесь жили коренастые, волосом, в большинстве, темно-русые, а норовом добродушные, но весьма независимые. Никакой власти они над собой не признавали, зато с хоббитами, хоть с эльфами, хоть с гномами и хоть с кем придется ладили превосходно — не в пример прочим большунам. Согласно преданиям, были они прямыми потомками первых поселенцев, обживших этот край во времена незапамятные. Конечно, мало кому удалось пережить раздоры и усобицы Древних Дней, однако когда из-за Великого Моря вернулись короли, пригоряне жили где жили, да там же и остались, когда о тех королях сохранились лишь смутные воспоминания.
Ко времени нашего повествования других людских поселений так далеко на западе не было — ни одного на добрую сотню лиг от Хоббитании. Правда, в глухих, запустелых землях за Пригорьем скитались какие-то таинственные бродяги, о которых никто ничего толком не знал. Называли их Следопытами: от местных жителей они отличались высоким ростом да смуглой кожей. Поговаривали, будто они обладают необычайно острым слухом и зрением и даже понимают язык птиц и зверей. Блуждали они где-то на юге, забредали иногда и на восток, в Мглистые горы, но их было немного и появлялись эти странники очень редко. Правда, как появлялись, то приносили новости из дальних земель, да и стародавние предания знали лучше, чем кто бы то ни было. Слушали их пригоряне охотно, но относились к ним недоверчиво и дружбы с ними не водили.
Хоббиты из Пригорья — тоже довольно многочисленные — утверждали, будто обитают здесь с наидревнейших времен: поселились задолго до того, как их сородичи переправились через Брендивин и стали осваивать Хоббитанию. Больше всего хоббитов было в Становище, но селились они и в самом Пригорье, особливо выше по склону Кручи, над людскими домами. Большуны да недоростки — так они прозывали друг друга — жили по-добрососедски: и те и другие управлялись с собственными делами по своему разумению, в чужие не путались и считали себя коренными пригорянами. Пожалуй, нигде больше в мире не наблюдалось подобного согласия между столь разными народами.