- Вы все уже со мной познакомились, - воин со шрамом на щеке к этому моменту был облачен в доспех. Кольчужные рукава его юшмана свисали до локтей, откуда выныривали стальные наручи, кончавшиеся подбитыми металлическими чешуйками и бляшками перчатки. Ноги были облачены в черные, скрывающиеся под поножами сапоги. Пояс подхвачен перевязью с мечом и кинжалом, расположенных по разные друг от друга стороны. Лишь голова его была нага, остроконечный шлем покоился в его руке, а длинный оселедец ниспадал на его плечи, черные же, с прожилками седины усы доходили ниже серебряной нашейной гривны. - Но не многие узнали, как меня зовут. Можете обращаться ко мне Наставник Шрам.
- Вы будете нас учить? - спросил кто-то из строя.
- Я буду вас наставлять на путь истинный. Я стану вам кормящей нянькой, под чьим непосредственным взором вы окончательно превратитесь в мужей.
- Мы уже мужи, - долетел из строя новый голос.
- Это вам только кажется. И утренняя прогулка на стене это доказала, - Шрам подошел практически вплотную к отрокам, медленно передвигаясь вдоль них. - Многие ли умеют стрелять так же метко, как Волки? А управлять конём как Ласточки и Соколы? Ну или хотя бы ладьей править как Выдры все умеют? Вот то-то и оно.
- Зачем нам это?
- В дружине все должны уметь всё. Мы славимся за пределами наших земель как непревзойдённые всадники, значит, и вы должны быть превосходными наездниками. Мы славимся как великолепные лучники, значит мастерски стрелять у нас должен каждый. Ну и славу мореходов вам срамить не позволено, так что будете постигать и эту науку. Ну и первый урок вы уже получили.
- Какой?
- Пейте в меру. Из вас воины на рассветной стене были похуже чем из навозной лепешки. А если бы было нападение врага? А если бы нужно было вступить в бой? Много бы вы навоевали? - дружинник замолчал, внимательно вглядываясь в насупившиеся лица. - Настоящий воин просчитывает свои действия на два дня вперед. Нельзя бросаться необдуманно в неизвестность - это многих прекрасных бойцов сгубило понапрасну. Ну а теперь пойдемте, посмотрим, кто из вас чего стоит.
Глава 7
Солнце давно уже скрылось за горизонтом, погрузив окружающий мир в липкие, густеющие сумерки. Лишь чадящие факелы да толстые лучины тускло освещали замковый двор, по которому, словно пытаясь вернуть угасающий свет, сновали княжьи слуги и прочая челядь.
Над тяжелыми дубовыми столами, выставленными возле летней кухни, в полной тишине сидели все сорок отроков. Подавленные, они молча, не чувствуя вкуса, жевали вываренное в больших котлах мясо. Каждый был погружен в свои горестные мысли, и никто не решался смотреть на соседа.
Сегодня совершился крах их надежд. Всё, что они представляли о себе, оказалось лишь подправленными юношеским максимализмом иллюзиями. И их наставник Шрам наглядно это показал.
Перво-наперво он всех увлёк к стрельбищу, где у основания северной стены были выставлены широкие доски, на которых углем были вычерчены семь кругов мишеней. Построив своё воинство в пятидесяти шагах от них у широких лавок устланных оружием Шрам громко спросил:
- Все ли умеют стрелять из лука?
- Да вроде умеем, - невнятно ответила толпа.
- Сейчас проверим ваше умение, - ухмыльнулся старый дружинник. Подхватив на лавке полный колчан, он закрепил его на поясном ремне. Взяв тут же один из прислоненных луков, клееных из ясеня и рогов лесного быка, Шрам изготовился к стрельбе. - А ну, глядим внимательно!
В одно мгновение он подхватил стрелу из колчана, наложил на тетиву, одновременно натягивая её, и, прицелившись, пустил в цель. Но не успела она пролететь и середины пути, как следующая своим оперением уже пела ей в след. Черный центр одной из мишеней, словно магический еж, с каждым ударом сердца обзаводился новой, длинной с руку, ясеневой иглой. Не прошло и половины минуты, как черный круг размером с кулак стал незаметен за белым гусиным оперением, а колчан опустел.
- Кто сможет повторить? - обратился дружинник к отрокам. - Давай Волчий Клык, не робей. Покажи себя!
Тот, кто в босоногом детстве прозывался Неждан, в противовес своему брату Ждану, погибшему при испытании, услышав своё новое прозвище, пригодное для внешнего мира, а не для круга семьи, чуть шаркая сапогами вышел вперед.
Последовав примеру наставника, он подвесил себе на пояс полный колчан, принял из его рук лук, и, вытянув стрелу, приготовился.